поем мы все хором.

Бридж оборачивается. Мы, как можем, пытаемся ее надуть. Мэгги-Мелкая страшно взбудоражена — ведь, может, в следующий раз она будет водить. Шейла стоит по другую сторону от Мэгги. Я вижу, что она смотрит на Бридж.

— «Глянь ко мне в карман, только он не там», — поет Шейла, указывая головой на Мэгги.

— Да уж, задачка не для дураков. А вы все просто молодцы, — говорит Бридж.

Девчонки улыбаются, потому что Бридж их похвалила.

— Он… — оглядывает весь ряд, — …у тебя?

Указывает на нашу Мелкую — я так и знал заранее.

Мэгги ушам своим не верит: когда игроков так много, догадаться очень сложно. Мэгги смотрит на меня, а я не знаю, что делать. Пожимаю плечами, улыбаюсь, мол, «ну, вот видишь». Надо же что-то сделать. Мэгги смотрит на меня: «Я не понимаю. Что я не так сделала?» А мне хочется ей сказать, что она-то все сделала как надо.

Мэгги отворачивается, будто говоря: «Да от тебя никакого толку» — и отдает мячик Бридж — та теперь опять будет водить.

Какая все-таки эта Бридж Маканалли дрянь. Но она за это заплатит. Я вам точно говорю. Обманывать мою Мэгги никому не позволено. И обижать ее тоже. Я никому не дам. Внутри все так и бурлит. Как ведьмин котел ненависти. Вот я прямо сейчас. Я ей все скажу. На стене — крупные белые буквы, они пляшут и говорят: «Придет и наш день!»

— Бридж, — зову я.

— Чё?

Слов не выговорить. Поэтому я просто таращусь на нее, а она таращится на меня. Кто Кого Переглядит. Я вижу ее крошечный мозг, размером с блоху, — он пытается сообразить, чего я тут задумал.

— Ты на кого это, блин, таращиться надумал, педик? — шипит она.

Мартина наверняка слышала.

— На тебя! — отвечаю я.

Это я ради Мэгги.

— Фу-ты ну-ты! — Она втягивает воздух сквозь зубы. — Все, Доннелли, наигрался. Чтоб я тебя больше не видела. Пошел вон отсюда!

— Думаешь, ты круче всех, потому что твой папаня в тюрьме?

Бомба взорвалась — и весь мир замер.

— Что ты сказал про моего папаню?! — орет Бридж, и заклятие разрушается.

Я не отвечаю. Смелость моя уже выдохлась.

— И у него еще хватает наглости говорить про чужого папаню! — верещит она громко-громко. — А мы, между прочим, все знаем, что его папаня — безмозглый псих, бегает по улицам и орет. А еще он алкоголик.

Все внимательно слушают.

— А вот и нет! — ору я в ответ. — Мой папа уехал в Америку. Работает, зарабатывает деньги, скоро пришлет их сюда, и мы поедем к нему жить.

Складываю руки на груди, чтобы все видели, что я взял верх.

— А моя Ма говорит, что твой папаня ошивается в городе с другими пьянчугами, валяется на тротуаре и выпрашивает денег.

Не могу поверить. Да как он мог так с нами поступить? Чтоб он СДОХ. Нет, не просто сдох, пусть его уничтожат, будто никогда и не было. Теперь она взяла верх. С его помощью.

Спокойно, проверь базу данных. Это она думает, что взяла верх.

— Ну а твой папаня? Ты считаешь, что он в тюрьме, потому что он такой крутой боец ИРА, а он в тюрьме, потому что спер мешок колбасы!

Кто-то хихикает. Другие просто обалдели и замерли. Бридж смотрит на меня так, будто я дал ей по физиономии.

— А вот я теперь нажалуюсь на тебя своему папе, и он тебя убьет. Считай, что ты покойник, Доннелли. Я на тебя в ИРА нажалуюсь.

— Микки, а ну иди сюда, сию же минуту! — кричит Ма. Она-то когда вышла из дома? Тетя Катлин идет по улице, смотрит на нас. — Ты что, не слышишь, что я тебя зову? — кричит Ма.

Бросаю на Бридж самый что ни на есть страшный взгляд.

— Ты покойник, Доннелли.

Бегу через пустырь к Ма.

— Иди-ка сюда, быстро!

Не отвечаю, проскакиваю мимо, чтобы не получить по голове. Сажусь на стул, перед которым раньше стоял телевизор, болтаю ногами. Какая же все-таки дрянь эта Бридж Маканалли. Просто убил бы.

— Чего она там тебе наговорила? — Ма стоит у дверей, глядя на девчонок.

— Ничего.

— К этой не суйся. И вообще, ни к чему тебе водиться с девчонками. Ты уже большой для этого.

А я, блин, пошел с ними играть только ради Ма. Ничего себе! Погодите. Я просто плохо соображаю. Она имела в виду, что мне нужно играть с мальчишками, не с девчонками.

И что теперь Бридж сделает? Найдет способ меня убить.

Входит Мэгги. Она все слышала про Папаню. Сейчас я ее утешу.

— Иди сюда! — Широко раскидываю руки.

— Почему ты всегда все портишь?! — выпаливает она. — Лучше бы ты вообще не был моим братом!

И убегает.

Вижу в окно, как Мелкая подходит к Бридж и другим девчонкам, они сворачивают в проулок. У меня сжимается сердце. Вижу в окне свое отражение. Это другой я. Мой призрак. Может быть, я только что умер.

17

НЕДЕЛЯ ДО СВЯТОГО ГАБРИЭЛЯ

— Вот, эта последняя, Киллер.