Читаем Хороши в постели полностью

– Ну, вдруг все образуется, – заключила я, обращаясь к Нифкину, которому было как-то все равно. Три раза перевернувшись, он устроился на подушке. Я надела ночную рубашку, стараясь даже мельком не смотреть на свое отражение в зеркале ванной комнаты, и отправилась спать с осторожно-оптимистическим настроем: у меня все-таки оставался шанс не умереть в одиночестве.

Что я, что Саманта давно пришли к выводу, что «Азафран» – идеальный ресторан для первого свидания. Он обладал всеми преимуществами. Для начала, он располагался совсем рядом с домом Сэм и моей квартирой. Кормили там неплохо и не слишком дорого, к тому же спиртные напитки там не подавали и разрешали что-то принести с собой, а это давало возможность а) впечатлить парня купленной бутылкой хорошего вина и б) избежать вероятного перехода этого самого парня в состояние нажратости, потому что кроме одной бутылки больше алкоголя точно не будет. И что самое главное: там огромные окна от пола до потолка и официантки, которые ходят в ту же тренажерку и любезно усаживают нас за столики у этих самых окон – так, чтобы парень сидел лицом к улице, и подруга могла прогуляться мимо ресторана с Нифкином и оценить перспективы.

Я мысленно поздравляла себя, потому как в случае со Стивом действительно было что оценивать. Рубашка поло с короткими рукавами, брюки цвета хаки, которые он, судя по всему, даже выгладил, приятный аромат туалетной воды. Неплохое разнообразие по сравнению с Брюсом, который предпочитал грязные футболки, сползающие шорты, а еще мог, если я не напоминала достаточно часто, забивать на существование дезодоранта.

Я улыбалась Стиву. Он отвечал тем же. Наши пальцы соприкоснулись над тарелкой кальмаров. Вино было восхитительным, охлажденным до нужной температуры, а вечер – идеальным, с ясным звездным небом и легким дуновением осеннего ветерка.

– Чем сегодня занималась?

– Каталась на велике, до самого Честнат-Хилл, – ответила я. – Думала о тебе…

На лице Стива промелькнуло какое-то чувство. Нехорошее.

– Слушай, – произнес он тихонько. – Я должен кое-что сказать. Когда я спрашивал, не хочешь ли ты выпить со мной пива… ну, я говорил, что недавно переехал… и то есть я просто искал… ну, знаешь. Друзей. Людей, с которыми можно потусоваться.

Кальмары в моем желудке превратились в свинцовый шар.

– Оу.

– И, наверное, я недостаточно ясно выразился… в смысле, это не свидание или что-то такое… о боже, не смотри на меня так.

Не реви, приказала я себе. Не реви, не реви, не реви. Как я могла так ошибиться? Жалкая дура. Посмешище ходячее. Мне захотелось обратно к Брюсу. Черт, мне хотелось даже к матери. Не реви, не реви, не реви.

– Твои глаза, – мягко произнес Стив. – Они меня убивают.

– Прости, – тупо отозвалась я.

Как всегда, я за что-то просила прощения. Хуже быть не может.

Стив уставился на что-то за окном.

– Эй, а разве это не твоя собака?

Я обернулась и, разумеется, увидела Саманту и Нифкина, оба таращились на нас через стекло. Сэм явно осталась впечатлена «кавалером» и мельком показала мне большой палец.

– Я на минутку, ладно? – пробормотала я.

Встала, силком волоча ноги. В уборной поплескала холодной водой в лицо, стараясь не дышать и чувствуя, как слезы, которым я не давала пролиться, переплавляются в головную боль. Представила этот вечер: ужин, потом свежий фильм-катастрофа в кинотеатре. Но нет. Я не могла провести целый вечер бок о бок с парнем, который только что заявил, будто мы не на свидании. Пусть я слишком болезненно реагировала, пусть это было нелепо с моей стороны, но я так не могла, и все тут.

Я отправилась на кухню и нашла нашу официантку.

– Почти готово, – машинально отозвалась та, но потом увидела выражение моего лица. – О боже… что там? Гей? Сбежавший преступник? Бывший твоей матери?

– Примерно в том духе, – проговорила я.

– Хочешь, передам ему, что тебе поплохело?

– Да, – кивнула я и задумалась. – Нет. Знаешь что… заверни еду мне с собой, а ему ничего не говори. Посмотрим, сколько он там просидит.

Официантка закатила глаза:

– Настолько все плохо?

– Тут ведь есть какой-нибудь черный ход, так?

– Бежать туда.

Она указала на пожарный выход – открытую дверь подпирал стул, на котором расположился отдыхающий посудомойщик, – и уже спустя минуту я, сжимая в руках два контейнера и остатки своей гордости, выскользнула мимо посудомойщика в темноту. Голова гудела. Дура, горячо корила я себя. Идиотка. Полная, полная идиотка, решила, что такой парень может заинтересоваться кем-то вроде тебя.

Я поднялась в квартиру, бросила еду на стол, стянула платье, влезла в потрепанный комбинезон, с негодованием думая, что я, наверное, вылитая Андреа Дворкин [10]. Гневно протопала обратно на улицу и устремилась к Старому городу, а потом на запад, к площади Риттенхауз.