Читаем Ходок II (СИ) полностью

Если сравнить Шэфа с канатоходцем, то хотя по канату он всегда шел один, но раньше всегда была страховка, а сейчас он балансировал над пропастью без шеста, без страховочной сетки и даже без страховочной веревки.

«Да-а уж … фан, или пропан, – грустно усмехнулся он, – или в фановую трубу башкой… или задницей на прорыв магистрального газопровода…»

Конечно, изначально все так и было задумано – знал на что шел, без смертельного риска ничего сделать было невозможно, и если бы вопрос не стоял о жизни или смерти самого близкого друга, никогда бы не ввязался в эту авантюру, но вопрос, к сожалению, стоял именно так.

Все эти размышления нисколько не отвлекали тело Шэфа от поиска относительно безопасных мест, куда нужно было поставить ногу, чтобы не потревожить «охранную сигнализацию», так что до дворца он все-таки добрался никем незамеченным… – по крайней мере главком на это надеялся.

На стенах заклинаний не было, зато окна были «зарешечены» так, что просочиться, ничего не задев, шансов не было. Что характерно – все заклинания были только охранными.

Скорее всего это объяснялось тем, что как все маги, ну-у… или почти все, Эркель был существом любознательным, и прежде чем казнить непрошенного гостя, буде он появится, желал с ним познакомиться поближе, и выведать, какая такая крайняя необходимость заставила его тайком пробираться в замок грозного колдуна! В том что необходимость была крайняя, сомневаться не приходилось – без крайней, в такое место не сунешься.

Подходящее окно, ну, или, условно подходящее, нашлось на третьем этаже. Оно было чуть меньше переплетено, чем остальные и давало не нулевой, а только близкий к нулю, шанс проникнуть внутрь, не потревожив «сигнализацию». Еще к достоинствам выбранного окна можно было отнести то, что оно было темное – правда достоинство это было непринципиальное, в батареях шкиры было уже достаточно энергии, чтобы включить режим невидимости.

Шэф еще немножко – «ну Мурочка, еще капельку!» – расширил нисходящий, синий канал, так что его вес достиг едва ли трети от обычного, и полез к выбранному окну, коего и достиг секунд через двадцать. Закрепившись в трех точках: две ноги и рука, он вытащил боевой нож «Черный коготь», немножко поковырял в раме и окно бесшумно отворилось.

В помещении было темно, но это полбеды, беда была в том, что ничего не было видно. Рассмотреть что-либо было невозможно ни обычным зрением, что было более чем естественно, ни кадатовским, что было более чем неестественно.

Ни с чем похожим Шэф раньше не встречался – в кадате всегда было видно! Из окна явно попахивало ловушкой… да что там попахивало – воняло! Больше всего темная комната за окном напоминала капкан, но Шэф, фактически, был в метро – дороги назад не было – только вперед!

Прежде чем шагнуть во тьму, он убрал «коготь» обратно, а взамен вытащил из кармашка небольшой предмет, размером с грецкий орех, который и зажал в кулаке, после чего ловко, как ящерица, скользнул внутрь. Как только ноги его достигли пола, в комнате вспыхнул яркий свет.

Шэф успел только выпрямиться, после чего утратил всяческий контроль над телом. Исключение составили глаза, он мог их поворачивать, в остальном же он напоминал муху в янтаре, в смысле подвижности.

– Браво! Браво! – иронически поаплодировал Эркель, привольно развалившийся в удобном кресле. По правую руку от него расположился Мастер войны ш’Афир, а по левую маг Велиар. Картину дополняли шестеро арбалетчиков, нацеливших свои убийственные приспособления в грудь, живот и голову незваного гостя. – Ш’Эф, ты мне должен, – продолжил веселиться истинный маг, – я из-за тебя проиграл пари Велиару! – Он кинул веселый взгляд на своего помощника. – Я о тебе слишком хорошо подумал, решил что ты умный, что ты придешь утром и принесешь клятву покорности, а Велиар поспорил, что ты старый, упрямый осел, и что придешь ночью меня убивать… ха-ха-ха!

Шэф не слушал эти разглагольствования, Шэф был занят тяжелой физической работой, может быть самой тяжелой в своей долгой жизни – он разжимал ладонь, точнее пытался разжать ладонь, в которой был зажат маленький шарик, размером с грецкий орех.

Сначала он пытался разжать все пальцы сразу – с тем же успехом можно было бы попытаться сдвинуть с места Великую Пирамиду в Гизе… ну, может быть сравнение не совсем корректное, но Собор Парижской Богоматери – в точку!

Осознав полную бесперспективность этой затеи, он решил применить замечательную, проверенную временем методу: «Разделяй и властвуй!» – и начал с мизинца. Шэф выкинул из головы все: Эркеля, Велиара, ш’Афира, арбалетчиков, сосредоточил внимание на пальце и принялся медитировать. Весь огромный мир стал мизинцем, а мизинец стал миром и демиургом этого мира стал Шэф. И мир не мог пойти против воли своего создателя – мизинец разжался!