Читаем Ходок II (СИ) полностью

Давным-давно, он даже не помнил точно сколько лет и миров назад у него была любимая женщина, и как обычно, у него были враги, много врагов. Правда и друзей у него было много, но это к делу не относилось. Так вот, вполне естественно, что однажды, его женщина стала заложницей…

Шэф, скрепя зубами, сделал то, что от него требовали, но его враги допустили роковую ошибку – они не выполнили свою часть договора и его женщина осталась у них. Поняв, что ее все равно никогда не отдадут, Шэф сумел ночью пробраться в считавшийся неприступным замок Кастель-Алон и вырезая по пути все, что шевелится, двинулся к башне, где ее держали. Он опоздал не больше, чем на пять минут – Жана была еще теплая. Она была очень красивой девочкой… и судя по тому, что он увидел, ее насиловали непрерывно, а по горлу полоснули только что…

 Эта история вызвала к жизни два последствия. Хотя… первое следствие было вызвано не к жизни, а ровно наоборот – к смерти. Шэф уничтожил династию Хорамитов. Полностью. Он потратил на это десять лет, но каждого мужчину из этого могучего княжеского рода он убил лично – своими руками. Когда было время, он устраивал им весьма замысловатые казни – тяжко они покидали этот мир… ну а когда надо было торопиться – по-простому. Последнего – четырнадцатилетнего княжича Афилата, он застрелил из дальнобойного лука – Шэф не испытывал к нему ненависти, княжич был слишком юн в то время, но… – дело принципа. На этом он успокоился.

Вторым следствием было то, что больше он никогда не влюблялся и использовал женщин исключительно для секса. Никаких других отношений между Шэфом и женщинами не возникало, и не по их вине, и не потому, что он сознательно душил вспыхивающие чувства, чтобы снова не изведать горечи потери, отнюдь нет – эти чувства просто не возникали, видимо в его душе не осталось горючего материала для них – бензин кончился. Все на свете когда-нибудь да заканчивается…

Но, хороший секс Шэф любил. В ряду других занятий, доставлявших ему удовольствие, типа барбекю на тенистой полянке или хорошего футбола, вроде Эль-Класико: «Реал» – «Барселона», секс занимал не последнее место.

К счастью, в славном городе Хазрете никогда не было недостатка в жрицах любви, как платных, так и бесплатных, на любой вкус и кошелек, чем и не преминул воспользоваться Шэф со товарищи после утомительного путешествия.

Обычно этот вопрос, в фантастических романах, да и, по правде говоря, не только в них, обходят стыдливым молчанием, но суровым реалистам, не чуждым посконной правды жизни небезынтересно было бы узнать, а не боялся ли Шэф, скажем так… намотать на винт, как именуют эту проблему моряки, или, выражаясь научно, подхватить ЗППП.

Для непрошаренного юношества и девушества (хотя я сильно сомневаюсь в наличии оных в этом вопросе) поясним: ЗППП – Заболевания Передающиеся Половым Путем. Так вот, отвечаем – нисколько не боялся. И не от безудержной храбрости, порождаемой не менее безудержной юношескою похотью, коею Шэф, естественно, не страдал, а от строго научного подхода к этой проблеме.

Был у Шэфа хитрый перстенек, подаренный ему Ларзом. И был этот перстенек не магическим, а нанотехнологическим (мечта рыжего), и соответственно, свойств своих замечательных при шастаньи через двери, не терял. А заключались его волшебные свойства в том, что если во время терминально интимных ласк, интимнее которых уже не бывает, черный камень на перстне менял свой цвет на синий, то пожалуйста – милости просим!.. ну, а если на розовый – то, пардон-с…

Но удовольствия – удовольствиями, а надо было приступать к делу, ради которого он притащился в Хазрет. Шэф осторожно выбрался из сладкого плена – девушки, не открывая глаз, сдвинулись на освободившееся место, обнялись и продолжили спать, сладко посапывая. Шэф только завистливо покачал головой, направляясь в комнату для омовений.

*****

Из Северной обители Шэф выехал восемь дней назад, в сопровождении эскорта из трех фиолетовых Пчел, все-таки навязанных ему ш’Иртаном. Как ни убеждал Шэф Великого Магистра, что у него частный визит, что он не был на Маргеланде туеву хучу лет, что все его враги о нем давным-давно позабыли, если вообще еще живы, что у него другая внешность, и ни одна собака его не узнает – ш’Иртан был непреклонен. Обозвав его напоследок упрямым бараном, Шэф согласился – ну не ссориться же из-за ерунды со старым другом, вместе с которым сдавал «тест на яйца».