Читаем Хищник полностью

— Мой отец уже пытался убить меня, и если я умру сегодня, никто не станет расследовать. Они все подумают, что я погибла, когда взорвалась бомба, и вся ответственность будет лежать на руках моего отца, а не на тебе или Наряде. Никому и никогда не понадобится знать, что ты даже приходил сюда или что был замешан. Тенебра никогда не будет причастна. Никакого беспорядка. Ничего.

Ветер хлестал ее волосы вокруг ее лица, касался ее всего, прежде чем достиг его, ласкал его, заставляя его пиджак хлопать по его торсу.

В небе снова прогремел гром. Морана подождала, пока он стихнет, прежде чем продолжить.

— Что касается кодов, — заговорила она, не в силах остановиться сейчас, гадая, приводил ли кто-нибудь когда- либо аргументы в пользу собственной смерти, как она. — Мы оба знаем, что ты можешь обратиться к другим компьютерным экспертам, так что это не главная проблема. У тебя никогда не будет лучшей возможности убить меня. Ты это знаешь, я это знаю. Это останется только между нами и мертвыми, которые здесь похоронены. Так что наведи на меня пистолет еще раз и целься в мое сердце. Стреляй в меня. Заверши начатое. Найди то, что искал двадцать лет.

Его рука не двигалась, даже когда его пальцы задергались.

Тишина, хотя она и была ее союзником, когда она произносила слова, постепенно разрушала ее.

Она сделала шаг к нему, все еще держась на расстоянии нескольких футов между ними, чтобы прикрыть свое дрожащее тело.

— Но пойми одно, — продолжала она говорить тем же твердым тоном, к счастью, это не дрогнуло. — Это единственный шанс, который я даю тебе, чтобы убить меня. После этого, если ты решишь этого не делать, это никогда не повторится. После этого ты должен отказаться от мысли, что ты меня убьешь. После этого ты больше никогда не будешь угрожать мне моей жизнью.

Рука в кармане вышла, его кулак сжимался и разжимался. Это небольшое движение наружу придало ей силы духа

— Ты выстрелишь в меня или отпустишь. В любом случае, тебе нужно сделать выбор, как я сделала свой и смирилась с этим. Потому что, если твой выбор так сильно влияет на мою жизнь, если выбор, который ты сделал два десятилетия назад, определяет мою жизнь прямо сейчас, то я заставлю тебя сделать выбор снова. На этот раз не мальчиком, а взрослым мужчиной.

А затем дрожь в ее голосе вышла, ее челюсти сжались, когда ее голос сорвался.

— Потому что я, черт возьми, никогда, никогда не позволю тебе думать, что ты убьешь меня снова. Это твой единственный шанс.

Ее инстинкты бушевали внутри нее.

— Итак, выбирай.

Ее ладони вспотели. Она увидела, как он сжал пистолет, его рука начала двигаться, и закрыла глаза. Шум вокруг нее казался громче в полной темноте за ее веками. Звуки существ, выполняющих свои ночные ритуалы, звук ветра, шелестящего по листве, звук ее сердца, бьющегося в ушах.

Запахи тоже были более острыми. Аромат тяжелых облаков в воздухе, запах ее собственного страха, пронизывающий кожу, запах полевых цветов в ночи. Снаружи назревает буря, внутри прорывается буря, объединяя, сталкиваясь, захватывая.

Он направил на нее пистолет? Ее грудь отяжелела. Он обдумывал это? Свинец поселился у нее в животе. Собирался ли он нажать на курок и положить конец ее страданиям? Неужели ее последним поступком на земле будет снова доверие не тому мужчине?

Ее сердце колотилось. Должна ли она просто сбежать и прожить всю свою жизнь с сожалением о том, что никогда не узнала, никогда не исследовала возможности между ними? Могла ли она жить лучше, не предлагая ему увидеть завершение?

Ее тело начало дрожать. Секунды, минуты, часы. Подвешенные между ними. Между его выбором и ее. Воспоминания, моменты, целую историю. Это застряло между ними. Между его выбором и ее. Вопросы, сомнения, опасения. Поселили зерно между ними. Между его выбором и ее. Тишина.

Она постепенно распадалась. Она изнашивалась друг от друга по краям, по кусочкам. Она постепенно взрывалась. Она нуждалась в нем, чтобы сделать выбор. Ей нужно было, чтобы он выбрал ее, как он выбрал ее много лет назад. Ей нужно было, чтобы он выбрал ее, потому что после того дня, который у них был, ее отец пытался убить ее, будто ее жизнь была бесполезной, ей нужно, чтобы он выбрал ее, не для ее жизни, а для нее самой.

Тишина. Перемена в воздухе вокруг нее. Аромат дерева и мускуса. Теплота дыхания на ее лице. А потом она это почувствовала.

Губы. Мягкие нежные губы коснулись ее. Ее сердце остановилось. Это, блядь, остановилось, когда ее живот опустился до предела.

Ее вздох застрял в ее горле, когда ее губы начали дрожать против его, ее глаза горели, ее сердце было переполнено. Она не осмелилась открыть глаза, боясь, что это остановится, что он остановится. Она не осмелилась открыть глаза, боясь, что момент будет разрушен и никогда больше не осуществиться. Она не осмелилась открыть глаза, боясь слезы, нависшей на пороге ее ресниц. Она не смела дышать.