Читаем Хамелеон полностью

Пенни очнулась от сна и первым делом заметила белые занавески из тонкого шифона, собранные изящными складками и закрывающие величественную кровать, расположенную под этим балдахином. Утреннее солнце светило в большие полукруглые окна, находящиеся в противоположном краю комнаты, образуя на постельном белье постоянно меняющиеся узоры. Дубовый паркет лишь кое-где нарушался стальными колоннами и редкими предметами мебели.

Пенни тихо соскользнула с кровати, чтобы не будить Фиону, с которой провела ночь. Но когда она на цыпочках подошла к своей одежде, разбросанной на полу вокруг подушечки для сидения, Фиона, лишь наполовину прикрытая одеялом, открыла глаза. Она томно улыбнулась, потянулась и с удовлетворенным вздохом перебралась на только что освободившуюся половину кровати, еще хранящую тепло тела Пенни.

— Приветик!

— Привет! Доброе утро, — неуверенно произнесла Пенни.

— Желаю счастливой поездки на Лонг-Айленд и успеха в работе над статьей. Позвони, когда вернешься в город, и мы встретимся, — Фиона зевнула.

— Прости, что разбудила, — Пенни по-прежнему говорила шепотом. — Я не хотела тебя беспокоить.

— А я рада, что проснулась.

— Я позвоню ближе к вечеру. Спасибо за восхитительный вечер. — Пенни говорила совершенно искренне.

— Всегда пожалуйста. Теперь подойди и поцелуй меня на прощание.

Пенни с радостью повиновалась. Фиона улыбнулась, отвернулась и снова забралась под одеяло.

Автострада на Лонг-Айленд, штат Нью-Йорк

Дорога на взятой напрокат машине от Нью-Йорка до Сэг-Харбора заняла чуть больше трех часов. Пенни тронулась в путь рано, чтобы избежать столпотворения, которое устраивали на дорогах люди, стремящиеся вырваться из города. Она была рада вынужденному безделью в машине. Заблудиться с такими четкими дорожными указателями было невозможно, поэтому Пенни позволила себе в мыслях вернуться к прошлой ночи. Она заново в мельчайших подробностях переживала время, проведенное вместе с Фионой.

Как и было условлено, они встретились в Сохо-хаусе. В ожидании Пенни Фиона потягивала мартини с только что выжатым грейпфрутовым соком. После нескольких порций этого напитка, разговора ни о чем и обилия безошибочных умышленных прикосновений Фиона предложила вместо встречи с друзьями захватить что-нибудь поесть и отправиться к ней домой. После непродолжительных колебаний Пенни согласилась.

Пока Фиона везла ее в свою квартиру, расположенную в Квартале мясников, у Пенни бешено колотилось сердце. Она не знала, как себя вести, поэтому решила просто предоставить все Фионе. Квартира, находящаяся в бывшем промышленном здании, представляла собой одно очень просторное помещение, огромное пространство без единой перегородки. Пока Фиона готовила коктейли в том углу, который служил кухней, Пенни подошла к музыкальному центру, выбрала компакт-диск, затем остановилась у кровати, ожидая подсказки, что делать дальше.

Фиона подошла к ней и поставила два мартини на столик рядом с музыкальным центром. Она прошла всего в нескольких дюймах от своей гостьи. Пенни ощутила тепло ее дыхания. Фиона ее обняла. Ее поцелуй был неспешным, интимным. Для Пенни не составило никакого труда на него ответить. Фиона прикоснулась к ее затвердевшему соску. Она лишь нежно скользнула по нему, вместо того чтобы растирать с немалой силой, как это всегда делают мужчины. Пенни почувствовала, что она заливается соками в предчувствии того, о чем прежде только фантазировала.

Фиона подвела свою гостью к просторной кровати, легонько толкнула и уложила на нее. Короткое платье Пенни задралось, открывая бледно-голубые трусики, надетые специально для этого случая. Фиона одним быстрым движением скинула блузку и присоединилась к ней. Они обнялись, страстно поцеловались. Пенни раздвинула ноги, приглашая Фиону действовать. Та запустила руку под трусики и принялась ритмично поглаживать густые лобковые волосы, при этом постоянно меняя нажим. Пенни уже сотни раз чувствовала подобное, однако сейчас все было совсем по-другому. Фиона была уверена в том, что делала. Она знала, какие именно кнопки надо нажимать и как давить на них.