Читаем Халулаец полностью

Понятно, что пойти к любовнику жены я не отважился. Я не боялся Олега, просто не представлял, что ему скажу. Поэтому все свои вопросы я адресовал жене. Вначале я задавал их изредка и как бы между делом. Однако вскоре все наши вечера заполнил Олег. Я заметил, что Ольге нравится рассказывать о нем. В такие минуты она становилась необыкновенно красноречивой, в деталях описывала свои похождения и будто бы мстила мне за то, что я не он. Понимаешь, говорила она, с ним жутко необычно. Он заговорил со мной в кафе, а уже через час я раздвинула ноги. Он сделал мне куни прямо в туалете. У меня никогда не было такого оргазма. Но дело даже не в этом, хотя и в этом тоже. Он... Как бы тебе сказать. Для него каждая девушка идеальна. Ты это просто чувствуешь. Это потрясающе. Ты знаешь, у меня была куча комплексов. Ну, что я худая, зубы неровные, грудь маленькая. Рядом с ним комплексы исчезли. Я реально была Скарлетт Йоханссон. Я видела себя такой в его глазах. Он, знаешь, очень свободный. Мы ходили по квартире голыми. Трахались по всему городу. А самое крутое — это разговоры. Он так со мной говорил, будто мы с ним вдвоем на Земле остались. Запредельная искренность, полная свобода и сумасшедший секс. Он не умный при этом. Ничего такого. Просто естественный, непосредственный, в жестах, в словах, во всем. Вот. Я поняла, как сформулировать. В нем больше жизни, чем вообще во всех, кого я знала. Ты мертвец по сравнению с ним. Ну, и я тоже. Я лежу в постели с тобой и ничего не испытываю. Это как воду из крана пить после родниковой.

Я молчал. С одной стороны, фигура Олега слегка прояснялась, с другой — она напоминала фигуру восемнадцатилетнего парня. Это смущало и как-то не увязывалось. Была и третья сторона. Третью сторону я озвучил: если Олег такой замечательный, почему он тебя бросил? Ольга ответила мгновенно, будто ждала этого вопроса. Я сама виновата. Кроме меня, у него были и другие девушки. Иногда он приводил их домой, и мы занимались групповым сексом. А я хотела, чтобы он был только моим. Я виню в этом желании своих родителей и советские догмы. Короче, я решила от него забеременеть и проколола презервативы иголкой. Но дело тут не только в девушках. У Олега есть концепция. Встречаться не больше полугода. Он ненавидит быт, власть привычки, мещанство. Он называет это самоцитированием. Типа первые полгода секс — это секс, а потом обычный онанизм при помощи вагины. Он бы меня в любом случае бросил, вот я и проколола презервативы. Я старалась сделать это аккуратно, но Олег все равно заметил. Он поставил меня раком, трахнул в задницу, а потом отхлестал ремнем и выгнал на улицу. Я кричала от боли и кайфа. Ты когда-нибудь кричал от боли и кайфа? Если честно, у меня вторую неделю жопа горит. Хочешь ее поцеловать?

Я посмотрел на Ольгу и увидел, что она сильно возбудилась. Я понимал, что она хочет не меня, что она хочет Олега, но мне было плевать, потому что я тоже сильно возбудился. Это странно, я понимаю. Просто у меня пять месяцев не было женщины, а видение Ольги, стоящей раком перед другим мужчиной, воспалило мое и без того воспаленное сознание. Конечно, кто-то может удивиться, почему я не бросил жену, почему позволил ей вернуться, почему выслушиваю все эти излияния. На самом деле, ответ тут такой же примитивный и тупой, как с магнетизмом. Я люблю Ольгу и совершенно ничего не могу с этим поделать. Во время секса она три раза назвала меня Олегом.

Постепенно секс через воспоминания о ее любовнике стал повседневным. То есть я возбуждал Ольгу как аватар Олега. Я знаю, что это порочная практика, но почему-то и сам стал находить в ней мазохистское удовольствие. С каждым месяцем фигура Олега обрастала подробностями. Я купил зажигалку «Зиппо», как у него. Перешел с «Мальборо» на «Парламент». Коротко постригся. Наколол змею на бицепс. Перестал брить подмышки. Посмотрел видеосеминар про куннилингус. Подсел на творчество группы The Who. В августе Ольга привела меня в кафе, где познакомилась с Олегом. Мы выпили кофе. Потом она сказала, что не надела трусики, и ушла в туалет. Я хотел не идти за ней, но через пять минут побежал бегом. Я вылизывал свою жену в той же кабинке, где семь месяцев назад ее вылизывал любовник. Из кафе нам пришлось уходить стремительно: Ольга залила своим соком мою рубашку, а я испачкал трусы.