Читаем Хакеры полностью

К концу 1986 г. вся деятельность Столла была подчинена поступкам «его» хакера. Каждый раз, когда появлялся хакер, раздавался звук его карманного пейджера. Какое бы ни было время дня и где бы он ни находился: под душем, на велосипеде или сидел за завтраком – Столл бросал все и звонил в Tymnet, чтобы там начали прослеживать цепь, ведущую к хакеру. После этого он бежал к компьютеру, подключался к системе LBL и следил за тем, как хакер проникал в сеть. Однако хакер не задерживался на линии настолько долго, чтобы за ним можно было проследить до конца. Лишь раз, в начале декабря, в субботу, Столлу удалось продвинуться на один шаг. Слежение Tymnet показало, что один из сигналов пришел с трансатлантического спутника, а туда – из сети Datex-P, находящейся в Западной Германии. Создавалось впечатление, что хакер звонил откуда-то из Германии, запрашивал Tymnet, а затем подключался к американским компьютерам.

К этому времени Столл оказался полностью повязанным с такими ведомствами, как ЦРУ, АНБ, ФБР, особая разведка ВВС, военная разведка, и другими. Однако при всех душевных сомнениях он был захвачен происходящим. Насколько он понимал, любая причастность к деятельности хакера могла таить в себе какую-то интригу. Ему стали мерещиться шпионы, перешептывающиеся в темных аллеях. Только здесь, в Беркли, он мало что мог сделать. При всей его повышенной бдительности он был бессилен. Его удачи в прослеживании путей хакинга всецело зависели от сотрудничества с теми, кому было поручено вести это прослеживание. Оставалось только продолжать наблюдение за каждым действием хакера. Механизм власти действовал медленно, и Столл мог лишь мысленно конструировать свое представление о «другой стороне», пытаясь сделать минимальным приносимый ею ущерб.

Если хакер начинал что-то стирать или корректировать в файлах, Столл мог использовать команду «kill» системы UNIX для немедленного отключения. Если же казалось, что хакер проник в компьютеры с секретной информацией, пытается считывать с секретных файлов или просто с файлов, которые Столл считал секретными, он пользовался низкотехнологичиым, но эффективным приемом: доставал из кармана связку ключей и вешал ее на выводы, соединенные с цепью хакера, мгновенно замыкая цепь накоротко. Хакеру казалось, что произошло отключение от цепи, и он воспринимал лишь шумы на линии. Он повторял попытки снова и снова и наконец отступался.

Следующей задачей было проследить цепочку внутри Германии. Столл был вынужден ждать, пока об этом велись переговоры между специалистами Tymnet и руководством Bundespost. Наконец он получил сообщение, что звонок хакера поступал из Бременского университета. Германские власти сообщили в университет, что кто-то извне проник в их компьютерную сеть. Обеспокоенные этим сообщением, там полностью отключились от всех внешних цепей на три недели. Но это не смутило хакера. Следующее прослеживание привело в Ганновер. Но и это не давало полной уверенности в том, что он был немцем. Кто мог утверждать, что Ганновер не был просто промежуточным пунктом цепи, идущей, к примеру, из Ботсваны, Исламабада или еще откуда-то? Единственным способом продолжить прослеживание было получение ордера на обыск, что требовало затяжных переговоров между американскими и западногерманскими властями. А для Столла это означало долгое и мучительное ожидание.

Наступил и прошел праздник Нового, 1987 года. Волнение Столла нарастало. Как исследователю ему была не чужда добродетель терпения, но данному исследовательскому проекту пора уже было дать какие-нибудь результаты. Главное, что его связывало, была полная зависимость от различных властей и их взаимодействия. А то, что теперь подключились власти другой страны, лишь усложняло дело.

* * *

Гесс начал догадываться о событиях, когда однажды октябрьским вечером 1986 года встретился с Хагбардом и Добом за кружкой пива.

– Что вы делали со своим счетом в LBL? – спросил Гесс друзей.

– Ничего особенного, – уклонился Хагбард от ответа.

На самом деле у них явно был новый план. Они говорили о Сергее, о «Плюшевом мишке», утверждали, что теперь они знают способы зарабатывать деньги на компьютерных счетах. Гесс испугался, что эта парочка может наломать дров со счетом в LBL, что в конце концов приведет к полному отключению, как это было с теми многими компьютерами, где обнаруживали вторжение со стороны. Он решил сохранить LBL для себя, даже если Хагбард и Карл пока из нее многого не получили. Примерно через неделю он изменил свой пароль в LBL на LBLHACK, удалил «Бенсона» и «Хеджеса» из системы и ничего не сказал об этом Добу и Хагбарду. Пенго он в расчет не брал. Если Пенго захочет попасть в LBL, пусть это делает самостоятельно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука