Читаем КГБ в Англии полностью

Если первый фактор — необходимость содержать мать и сестру — был объективным и постоянно действующим, то два других, которые можно было бы охарактеризовать как стремление к «красивой жизни», были субъективными, и, если бы ШЕЛЛИ обладал достаточной силой воли, он вполне мог бы улучшить свое положение. Но мог ли Шелли изменить образ жизни — отказаться от своих «джентльменских» замашек, что называется, жить по средствам? Судя по всему — нет. Но ведь решить все его жизненные проблемы можно не только путем жестоких самоограничений и отказа от джентльменских амбиций. Разведка могла предложить ему, пожалуй, единственный шанс реализовать себя как личность и помочь избавиться от гнетущего комплекса неполноценности. Но чтобы успех предприятия был гарантирован, комплекс неполноценности сначала нужно было несколько обострить, а затем предложить приемлемый для ШЕЛЛИ способ избавления от него. Такой план и был разработан Быстролетовым.

В начале марта 1934 года КУПЕР пригласил ШЕЛЛИ недельку погостить у него. «Дом КУПЕРА был надлежащим образом подготовлен», — сообщал в Центр Быстролетов. Комнаты привели в порядок, а одну из них оборудовали под спальню для гостя. В доме царила атмосфера буржуазного уюта. На эту неделю был арендован небольшой автомобиль — именно такой ШЕЛЛИ, по словам КУПЕРА, мечтал подарить своей новобрачной. Жена КУПЕРА получила задание «создать атмосферу дружной, состоятельной семьи и дать понять гостю, что КУПЕР — человек со связями и подыскивает возможность заняться финансовой деятельностью». Программа развлечений была продумана заранее, прислуга проинструктирована, ä многочисленные друзья и враги КУПЕРА, «в равной степени опасные для дела», как считал Быстролетов, под благовидным предлогом — временно отдалены от дома.

Последовавший затем спектакль был разыгран как по нотам. Однако Быстролетов был прав: «никакой план не способен предусмотреть всех деталей вербовки». Заранее отрепетированные тексты бесед на английском языке и взятый напрокат автомобиль могли бы и не сыграть свою роль, если бы не «изобретательность КУПЕРА в важных для дела мелочах… находчивость и умение так вести любой разговор, что он кажется естественным, ненарочитым». «КУПЕР работает с энтузиазмом, вдохновенно, и поэтому его игра так убедительна, — писал в Центр Быстролетов. — Достаточно отметить, что ШЕЛЛИ воспринял длительный процесс вербовки хак постоянную товарищескую заботу КУПЕРА о нем и его невесте и, изъявляя согласие на сотрудничество, сердечно благодарил друга КУПЕРА за то, что он все-таки убедил его и не позволил упустить хороший заработок».

После нескольких дней пребывания ШЕЛЛИ в доме у КУПЕРА, когда шифровальщик уже в полной мере ощутил прелесть буржуазного быта, а жена КУПЕРА показала ему на практике, какой должна быть идеальная семья и глава ее — естественно, стопроцентный джентльмен, как КУПЕР, заметив к тому же, что возможность художника — не предел, и она уговаривает мужа заняться банковским делом, Шелли сокрушенно вздохнул и молвил: «Вряд ли у меня когда-нибудь будет такой же автомобиль».

Вот тогда КУПЕР понял, что пора приступать к делу.

«В основу вербовки была положена идея постепенного подступа к делу так, — писал Быстролетов, — чтобы всегда была возможность к отступлению без скандала». КУПЕР рассказал ШЕЛЛИ, что один из крупнейших финансистов страны, виллу которого он оформлял в свое время, предложил совершенно секретно сообщать ему сведения, необходимые для правильной ориентации деятельности банка и что ШЕЛЛИ, наверное, мог бы помочь ему в этом. ШЕЛЛИ после разглагольствования о том, что он действительно много знает и мог бы узнать еще больше, все же заявил: «Я не смею разглашать тайн и поэтому не смогу тебе помочь. Материальная сторона дела, однако, его заинтересовала — получать 100–200 фунтов за информацию было соблазнительно. Он даже признался КУПЕРУ, что однажды уже подзаработал таким образом. «Помнишь, в Женеве я был в долгах, — сказал он. — Тогда один наш журналист Д.Ч. пристал ко мне с интересовавшим его вопросом. Он его сформулировал, мне оставалось лишь либо согласиться, либо нет, я сказал «да» и получил 50 франков. Это безопасно». КУПЕР объяснил, что как раз это-то и опасно: пресса нуждается в новостях для публикаций, а банки — для принятия секретных решений. «Там — базар, здесь — могила!» — сказал он и поставил в разговоре точку.

В последующие два дня КУПЕР никаких разговоров о деле не заводил, давая ШЕЛЛИ время созреть для самостоятельного принятия решения. Мысль того, несомненно, работала в нужном направлении, о чем можно было судить по репликам: «Так жить, как вы, — это мечта». Или: «Найдите мне богатую невесту! Я хочу жить, как вы, — красиво, приятно, не трясясь за каждый грош». Или: «Найдите сначала красивого жениха Норе, а когда она будет счастлива, — богатую невесту мне!»