Читаем КГБ в Англии полностью

Жена АРНО рассказала, что первая попытка получить у нее сведения о тайной жизни мужа была сделана через семейного адвоката в начале октября 1933 года. Тот без обиняков сообщил ей, что его вызывали в Форин Офис и попросили собрать для них полную информацию о материальном положении АРНО в 1932–1933 годах, в особенности о его связях с Германией. По его словам, ему намекнули о «беспокойстве в ФО в связи с поступившей из полиции информацией, кто-то из чиновников занимался и занимается провозом наркотикрв». МАДАМ сказала, что АРНО «перед поездкой в Германию заходил в ФО, что уезжал за границу с пакетом, что деньги платились мелкими купюрами и пр.», что она ничего не знает о немцах, кроме фамилии главного покупателя бумаг АРНО — де Винчи (вымышленное имя КИНА). Адвокат стал настаивать на получении адреса ГАНСА, но она отказалась его сообщить.

Через несколько дней адвокат снова пригласил ее к себе. На этот раз при разговоре присутствовал опекун.

В резкой форме оба заявили, что «немцы втянули АРНО в грязное дело, обокрали его, и теперь все, что остается МАДАМ, это найти их через ГАНСА для получения денег. МАДАМ вновь отказалась дать адрес. Тогда адвокат предложил поехать к ГАНСУ. МАДАМ снова отказалась, ссылаясь на то, что ГАНС является всего лишь посредником, ничего не знает и выше всяких подозрений.

Вскоре после этого появился РОЛАНД и несколько дней приглашал МАДАМ на обеды и ужины, проявляя максимальное участие в ее судьбе. Он не скупился на комплименты ГАНСУ и участливо спрашивал, как и где ГАНС устроился после смерти АРНО. Но, по словам МАДАМ, адрес она не дала, помятуя о разговоре с опекуном. После того как вкрадчивая тактика не оправдала себя, РОЛАНД сбросил личину благодетеля, и, без приглашения явившись домой к МАДАМ, выставил ее сына за дверь, чем озлобил и восстановил ее против себя, и объявил, что АРНО был «шпионом и контрабандистом и что ее арестуют за соучастие, если она не сообщит Форин Офису все, что ей известно о ГАНСЕ. МАДАМ закатила истерику, потом под влиянием угроз со стороны РОЛАНДА рассказала «все об АРНО, но адреса ГАНСА не сообщила, сказав, что он ей больше не пишет».

РОЛАНД, как сообщил Быстролетов в Центр со слов МАДАМ, остался ужинать, послал жену дворника за виски и свои вопросы пояснял рассказами, которые позволяют восстановить полностью картину следствия, проводившегося в отношении АРНО.

«До середины 1932 года, — писал далее Быстролетов, — АРНО находился вне подозрения; его считали недисциплинированным, но способным работником. Его пытались сохранить на службе, невзирая на алкоголизм, и даже предоставили отпуск для лечения. Тем временем было обнаружено исчезновение кода из сейфа в подвале ФО. Следствие отметило, между прочим, что АРНО без какой-либо надобности заходил в подвал, что подтвердили многие сотрудники. Начальство пригляделось к АРНО, и стало ясно, что он, даже будучи в отпуске по болезни, регулярно, раз в три недели, несколько дней подряд проводит в ФО. Вскоре код обнаружился, причем как раз после очередного, не обусловленного какой-либо служебной необходимостью посещения АPHO. Подозрения усилились. Заметили, что АРНО, очевидно, в целях миновать контроль при входе, пользуется боковой дверью, так называемым «ходом для послов». Ему запретили это, но через месяц он снова стал вдруг приходить ежедневно, и опять через боковой вход. Его «на всякий случай» уволили».

«После ноябрьского пребывания АРНО в Берлине МАДАМ рассказала РОЛАНДУ о «пропитых в три недели трех тысячах фунтов». РОЛАНД донес об этом начальству. Теперь подозрения уже обрели конкретный характер, началось следствие: РОЛАНДУ было поручено собрать необходимые материалы, РОЛАНДУ и еще одному сотруднику ФО — Б. — поручили слежку за АРНО в стенах ФО. Слежка проводилась так, что уже тогда АРНО не должен был не заметить, что за ним ведется тщательная слежка, — РОЛАНД и Б. ходили всюду за ним по пятам, АРНО в подвал, и они следом за ним в подвал и т. д. Но пока они охраняли подвал, со стола дежурного шифровальщика, как выяснилось позже, исчезла пачка телеграмм. РОЛАНД кинулся к АРНО домой, но тот уже успел уехать за границу. Это была пачка последних привезенных АРНО материалов…

В течение последующих недель АРНО не появлялся в Форин Офисе — он лечился в провинции. Внимание начальства было сосредоточено на чистке столов, подтягивании дисциплины и упорядочении работы.