Это происходило ночью. А утром события были истолкованы совсем по-иному. Весь удар был направлен на армию. Генерала Родионова, честно выполнившего свой долг, сделали козлом отпущения. На очередном заседании бюро большинство присутствовавших обрушилось на солдат, появилась версия о саперных лопатках: кое-кто говорил, будто собственными глазами видел, как солдаты пустили их в ход против мирных жителей. Уже не было и речи об ответственности Гамсахурдия и его сподвижников. Во всем виноватыми оказались Москва и Патиашвили.

После заседания я сказал Шеварднадзе, что люди на площади погибли вовсе не под ударами саперных лопаток, да и раненых с характерными следами таких ударов в больницах не оказалось. Фильм, снятый сотрудниками КГБ на площади, также свидетельствует: лопатки здесь ни при чем.

— А разве есть такой фильм? — спросил Шеварднадзе.

— Конечно. Мы обязаны документировать такого рода события, — ответил я.

Фильм посмотрели, убедились, что версия о применении лопаток для разгона демонстрации совершенно несостоятельна, и преспокойно положили документальный материал на полку. Ну а вслед за этим начались явные фальсификации.

Вскоре все арестованные во главе со Звиадом Гамсахурдия оказались на свободе и даже получили разрешение на участие в выборах в Верховный Совет Грузии. Об участниках этих событий почему-то «забыла» даже парламентская комиссия, возглавляемая Собчаком.

Родионов, как дисциплинированный генерал, не мог сказать о роли президента в этой истории, а Горбачев уже начал играть роль человека, ни о чем не ведавшего: все якобы происходило без него, его подвели, не проинформировали вовремя…

События в Грузии — не единственный пример такой двойственности. У Горбачева с тех пор появилась новая формула: «Надо наводить порядок. Действуйте, я вас поддержу».

События в Тбилиси подготовили почву для прихода к власти Гамсахурдия, незаконное свержение которого с помощью военной силы стоило грузинам немало крови.

Мое отрицательное отношение к Гамсахурдия известно, я не раз заявлял об этом в печати, но он был президентом, избранным народом Грузии, и никто не имел права его свергать. Такие действия противоречат Конституции.

А что же Москва? Воспротивилась этому? Нет, центр фактически поддержал переворот, на место первого лица в республике уже метил Шеварднадзе.

Так подлинные убийцы невинных людей на площади были амнистированы ловким политиком, сторонником компромиссов, те же, кто боролся против прихода к власти демо-фашиста Гамсахурдия, до сих пор несут на себе клеймо антидемократов и «краснокоричневых».

Не зря, видно, в Грузии еще до избрания Гамсахурдия президентом появился такой анекдот: к Гумбаридзе. Председателю Верховного Совета республики, входит знакомый и говорит:

«Гиви, над Тбилиси летают тарелки». — «Глупости!» — «Да, но об этом говорил Звиад». — «Так он сказал? Знаешь, действительно летают».

Еще раз хочу подчеркнуть, что мы не привлекали инакомыслящих к уголовной ответственности и не применяли к ним каких-либо других мер наказания. Уголовная ответственность — крайняя мера, к ней можно прибегать лишь за конкретные противоправные деяния. И пример тому — Гамсахурдия.

Задолго до событий в Тбилиси Председатель КГБ Грузии А. Н. Инаури, человек очень достойный, несколько раз ставил вопрос об аресте Гамсахурдия, который всячески разжигал грузино-абхазский конфликт, но мы не соглашались с его предложением.

Как-то еще в семидесятые годы я прилетел в Грузию, встречался с Шеварднадзе. Он поставил передо мной вопрос об аресте Гамсахурдия. Я возражал, мотивируя отказ тем, что общественность Грузии не поймет: ей неизвестно о преступных деяниях этого человека, она знает его только как сына классика грузинской литературы, недавно ушедшего из жизни. Было бы лучше направить деятельность Гамсахурдия-сына на увековечение памяти отца, всю жизнь посвятившего литературе родной Грузии, ее народу, культуре. Звиад мог бы возглавить музей Константина Гамсахурдия, подумать о сооружении памятника отцу, показать его роль в мировой литературе с помощью ЮНЕСКО.

Надо сказать, Шеварднадзе прислушался к советам. Он выступил на одном из собраний партактива, подробно рассказал, что представляет собой Звиад Гамсахурдия, дал оценку его действиям, раскрыл характер типичного провокатора. Его выступление было передано по телевидению и напечатано в газетах. И однако Звиад Гамсахурдия не был арестован. Лишь когда стало известно о его связи с резидентурой американского посольства, которая активно поддерживала Гамсахурдия как «правозащитника», он был задержан с поличным и арестован.

Ну а что Шеварднадзе? Он добился своего: вопреки закону стал главой Грузии. Очевидно, рассчитывал на своих зарубежных друзей — крупных государственных деятелей Запада, рассчитывал на то, что потоки долларов потекут оттуда и в мгновение ока превратят Грузию в цветущий край, каким она была в составе СССР. Пока что дорого платит грузинский народ за политику Шеварднадзе.

ПРОБЛЕМЫ ЭМИГРАЦИИ