Читаем Кащенко полностью

При этом детей готовили к жизни за пределами санатория, им объяснялось, что случаются неблагоприятные внешние обстоятельства и надо учиться преодолевать невзгоды. Воспитанники имели право на бытовую самоорганизацию исходя из собственных привычек, при этом с обязательным уважением к общему порядку. Раз в неделю дети писали письма своим родным, свидания с которыми строго запрещались. Считалось, что изолировать ребенка от семьи на продолжительное время необходимо для продуктивности его лечения.

Эти письма родным тоже становились частью обучения. Педагоги старались пробудить в ребенке рефлексию, осознание ценности эмоций и интерес к их наиболее точному выражению через слово. Всеволод Кащенко считал, что письменная беседа особенно благотворна для умственного развития. Она воспитывает культуру мышления, пробуждает привязанности, в том числе — скрытые и неосознанные, а в конечном итоге потребность выражать чувства в слове является лучшим воспитанием души.

Заведение Всеволода Кащенко быстро стало известным. Сработало сарафанное радио: родители, видевшие явный прогресс в состоянии своих детей, охотно делились информацией о необычном докторе со своими знакомыми. Кстати, что касается коммерческой стороны предприятия, то школа-санаторий вовсе не обогатила супругов Кащенко. Родительская плата, отнюдь не запредельно высокая, почти полностью уходила на покрытие расходов и зарплаты персоналу. Главной мотивацией для Всеволода Петровича оставался научный интерес. Каждый день он наблюдал процессы, происходящие с воспитанниками, смотрел, как работает созданная им система практически. Свои наблюдения он тщательно фиксировал и таким образом по камешку, по крупице закладывал фундамент научной дефектологии. Уже позже, проработав какое-то время, Кащенко-младший, опять же при поддержке Петра Петровича, стал публично пропагандировать научные основы воспитания и обучения «исключительных» детей. К 1909 году он даже добился официального признания: его пригласили на совещание врачей и учителей в Московской городской управе. Главным вопросом в повестке дня стояла организация вспомогательных (коррекционных) классов при школах. Участвовал брат нашего героя также в отборе детей для первого Смоленского вспомогательного училища.

К очередному съезду психиатров в Петербурге Всеволод Петрович подготовил обширный доклад под названием «Медико-педагогический уход за умственно отсталыми детьми». Важный момент: он впервые обратил внимание ученых на то, что часто путают детей умственно отсталых и просто педагогически запущенных, и подчеркнул, что при умственной отсталости педагог тоже нужен, но главная роль в воспитании должна принадлежать врачу. В том же 1909 году Всеволод Петрович выступил с докладом на XII съезде естествоиспытателей и врачей. На этот раз темой стало «устройство лечебно-педагогических заведений для умственно отсталых и морально отсталых детей». Выступление Всеволода Кащенко послужило толчком к созданию в России образовательных учреждений для разных категорий детей, не подпадающих под общепринятые нормы.

Во всех своих выступлениях, статьях и докладах Всеволод Петрович повторял одну и ту же мысль: в деле коррекции исключительных детей важен прежде всего индивидуальный подход. То, что растормошит и приобщит к социуму одного ребенка, может стать травмой и даже гибелью для психики другого. Команда, состоящая из врача и педагога, должна находиться в постоянном напряжении, чутко отслеживая каждую реакцию своего воспитанника и готовясь мгновенно изменить тактику, если того потребуют обстоятельства.

Понятно, что подобные призывы не могли сильно вдохновлять власть имущих и даже просто рядовых методистов, утверждающих программы. Подобные структуры и люди, в них работающие, заинтересованы как раз в как можно большем усреднении — так гораздо удобнее. Поэтому к успехам дефектолога-пионера в официальных кругах относились всегда двойственно: вроде бы и с интересом, но без заметного энтузиазма. Будучи революционно настроенным, Всеволод Петрович очень надеялся, что ситуация поменяется со сменой режима.

Когда случилась Февральская революция, Кащенко-младший потратил много сил, пытаясь привлечь внимание Временного правительства к проблеме аномальных детей. Он даже выступил с докладом на совещании Министерства государственного призрения. Темой стало присутствие психически неполноценных воспитанников в обычных средних учебных заведениях. Оратора выслушали со вниманием, в виде резолюции признали целесообразным создание специальных коррекционных школ, но тем дело и закончилось. Казалось, что со следующей, Октябрьской революцией Всеволоду Петровичу повезло больше. Он с восторгом писал: «Широкие возможности научно-исследовательской и общественно-педагогической работы открыла для меня Октябрьская революция, которую я приветствовал, начав одним из первых работу в Наркомпросе и в 1918 году передав ему по собственной инициативе руководимый мною санаторий-школу».