Читаем Карточный дом полностью

Почему начинающими терапевтами так сильно овладевает желание быстро решить проблему клиента? Во многом потому, что клиент приносит в этот момент нам свою «неспособную» часть. Он говорит: «Я уже многое пробовал, я не могу. И очень уже измучился». Молодому коллеге на это хочется ответить: «Так попробуйте еще вот так…», чужая якобы неспособность пробуждает в нем контакт со своей способностью, и он уж, конечно, знает, как можно и нужно поступить. И это совсем неплохо. Это часть объективной реальности, которая есть. Всегда есть какие-то действия, поступки, которые можно, а иногда и нужно предпринять. И, конечно, важно удостовериться в том, что какие-то попытки уже предпринимались.

Но есть еще и субъективная реальность нашего клиента, в которой ему, его психике почему-то важно пока не мочь. А вот почему именно, это интересный и важный вопрос, который открывает нам двери к дальнейшему исследованию. Что стоит за этой невозможностью? Насколько проблема мала или велика и с чем связана: «лишь» с тем, что клиент не разрешает себе предпринимать определенные действия, или она является верхушкой огромного айсберга, и разобраться с ней нам удастся совсем не скоро, поскольку сформирована она рано, встроена в систему защит крепко и обросла многими слоями полученного негативного опыта.

Конечно, пограничный клиент будет особо нетерпелив в отношении решения своей проблемы. Потому что, по его опыту, проблемы — это очень сложно, однозначно плохо, и с ними нужно как можно быстрее справиться, ведь пока они есть, он сам является по сути «плохим». Его «плохость» усиливается тем, что он не мог справиться с ними самостоятельно и вынужден был обратиться за помощью. Он пока еще весьма далек от взгляда на любое препятствие как на интересную задачу, которую предстоит решить, попутно узнав о себе много нового. Ему трудно относиться к проблеме как к вызову, который помогает нам расширять представление о самом себе. Его взгляд больше сфокусирован на том, как быстрее решить, исправить, а не на том, почему это вообще в моей жизни или психике появилось, организовалось таким образом. Что очень понятно: как правило, все проблемы «пограничников» сопровождаются довольно сильным душевным и телесным дискомфортом.

Его взгляд не сфокусирован на этом аспекте, но наш должен быть. Поскольку часто без ответа на вопрос «как организовалось» мы и не можем вплотную подойти к тому, «как это изменить». Например, проблема, с которой пришел к нам «пограничник», — «я не умею строить отношения с людьми». Нам предстоит выяснить, с какими именно людьми: со всеми или только с близкими. Нам надо будет узнать объективную, фактологическую составляющую бытия нашего клиента: были ли отношения, какие, долго ли, удовлетворяли ли, как завершились или прервались. Наверное, стоит, собрать картину опыта нашего клиента в этой области. Выяснить его субъективный взгляд на события, суть переживаний, чувства, ощущения, размышления. От конкретных историй можно переходить к моделям, выяснить, существовали ли какие-то тенденции, обобщения, есть ли какая-то закономерность, повторяемость. Какими были самые первые близкие отношения в жизни клиента — с родителями.

Одно из самых больших заблуждений, с которым предстоит расстаться «пограничнику» на этом этапе работы, — «неважно, что было когда-то, я должен (могу, хочу) все сделать по-другому».

К сожалению или к счастью, он постепенно все больше и больше будет встречаться с тем, насколько мы все опосредованы нашим прошлым опытом, — значительно сильнее, чем нам кажется, и значительно прочнее, чем многим хотелось бы. Игнорировать глубину и устойчивость наших паттернов весьма заманчиво, но, к сожалению, это не способствует появлению глубоких и устойчивых изменений в жизни наших клиентов.

Чем раньше что-то сформировалось в нашей психике, тем труднее оно поддается изменениям. Что приятно, когда мы думаем о благоприятных и здоровых формированиях, и значительно осложняет жизнь в случае, если это были способы, позволившие нам выжить, но активно мешающие жить полнокровно и качественно.

На этом этапе взаимодействия взрослая часть пограничных клиентов показывает нам, как она обычно справляется с решением проблем и задач, как она соблюдает границы и способна выдерживать контракт. У нас есть возможность посмотреть на то, кто вырос из ребенка в условиях, о которых нам еще предстоит узнать.

Погружение в детский прошлый материал неминуемо при долгосрочной работе, и оно неизбежно начинается — особенно в случае работы с «пограничниками» — с ряда проверок.