Читаем Карлик и Роза полностью

Бал был великолепен. Огромное количество гостей – пышно разодетых дам и кавалеров, чудесные музыканты… Барон собрал едва ли не всю местную знать. В то же время Ганс кое-где замечал и особо приглашённых. Вот вампир с бледным лицом и кроваво-красными губами выискивает жертву; пожилая ведьма, одетая как королева, кружит голову какому-то юнцу; ослепительный франт пользуется огромным успехом у дам – на досуге он колдун и чернокнижник; а тот мрачного типа немолодой мужчина на самом деле оборотень… Все они ничуть не интересовали Ганса. Он искал глазами Матильду, наконец, нашёл её среди гостей и стал наблюдать. Девушка была одета не хуже самых знатных дам и держалась так, как будто всю жизнь провела среди высшего света: спокойная уверенность, гордая осанка, ни тени смущения. Она непринужденно беседовала с гостями, прекрасно танцевала; она была очаровательна и привлекала внимание присутствующих кавалеров и дам. В то же время Матильда чем-то отличалась от них. Она не была частью всего этого, это было очевидно. Кто же она такая?

Вдруг Матильда увидела Ганса. Их взгляды встретились. У карлика почему-то защемило сердце. Он поспешно отвёл глаза. И тут она сама подошла к нему.

– Здравствуй, Ганс.

– Здравствуй, Матильда, – язык карлика окаменел, ноги стали ватными, глаза уставились в пол.

– Можно пригласить тебя на танец? – спросила девушка. Карлик вскинул голову и удивлённо посмотрел на Матильду. Она хочет танцевать с ним? Это невозможно! Какая-то очередная насмешка, злая шутка… Но – пусть! Ганс смущённо кивнул.

Играл вальс, кружились пары, и Матильда с Гансом присоединились к ним. Как всё это оказалось знакомо карлику! Будто и раньше он так танцевал! Когда? Он не помнил, а ноги помнили: раз, два, три… И вдруг он легко, словно пушинку, закружил девушку в вальсе, не танцевал, а летел – стремительно, едва касаясь ногами пола, летел, позабыв обо всём…

– Ты хорошо танцуешь! – заметила Матильда.

– А ты танцуешь прекрасно! – парировал Ганс. Душа его пела. Давно, очень давно он не испытывал подобных чувств…

И тут же вдруг услышал то, чего боялся. Разговоры! Голоса – женские, мужские:

– Посмотрите, она танцует с карликом! Как забавно!

– Разве это забавно? Да как можно танцевать с уродцем?!

– К тому же он здесь слуга, просто шут.

– А кто она, вы не знаете?

– Она довольно мила. Но я её не помню.

– А мне кажется, что я её видела…

– Возможно, она не из наших мест… Дочь какого-нибудь соседнего барона или герцога.

– А я слышал, простая крестьянка.

– Да что вы! Как её зовут?

– Не припоминаю… ах, да, Матильда!

– Матильда? Ха! Так звали мою кошку! – вдруг врезался в хор особенно громкий и наглый мужской голос. Карлик вскипел. Что-то давно забытое, похороненное глубоко на дне души, вдруг рванулось, пробило зачерствевшую корку и раскаленной лавой выплеснулось наружу.

– Немедленно извинитесь перед дамой, сударь! – закричал карлик. Тут же он оказался перед обидчиком. Молодой пышно одетый повеса в берете с пером удивлённо и весело глядел на Ганса.

– Да вы никак хотите вызвать меня на дуэль… сударь? – язвительно произнес повеса.

– Да! – карлика трясло, он почти ничего не видел – глаза застилала пелена.

– А шпага у вас есть, сударь? – продолжал нахал. – Или хотя бы зубочистка? Она бы вам как раз подошла.

Стоявшие вокруг них люди смеялись. Парень вытащил шпагу и сделал выпад в сторону Ганса. Карлик едва успел отскочить. "Оп!" – сделал повеса еще один выпад. Смех вокруг становился всё громче. Кто-то из гостей дал пинка Гансу и карлик, потеряв равновесие, растянулся на полу.

– Прекратите! Немедленно прекратите! – кричала Матильда.

Вдруг разом всё стихло, будто повеяло мертвенным холодом: Отто фон Шварцкопф быстро шёл по залу.

– Что ты себе позволяешь, Ганс? – сказал он строгим, но абсолютно спокойным тоном. —Подойди сюда.

Карлик, дрожа, подошёл. Снова наступила тишина. Фон Шварцкопф молча смотрел на Ганса, а тот стоял, сжавшись и опустив голову в ожидании злобного окрика или удара.

– Ступай на кухню, Ганс, помоги Агнете, – наконец приказал ему барон, и, повернув голову к гостям, сказал. – Продолжайте веселиться, господа.

***

После бала Матильда нашла Ганса сидящим на кровати в своей тесной комнатушке в отдалённом уголке замка. Кроме кровати в комнате были только грубо сколоченные стол и стул. Маленькое окошко выходило в сад, разбитый во дворе замка. Когда Матильда вошла, Ганс повернулся к ней, но сразу отвернулся и снова уставился в пол. Девушка села рядом с карликом.

– Как ты? – спросила она.

– Хорошо, – буркнул карлик.

– Врёшь, – сказала Матильда. Помолчали.

– Зачем ты пришла? – спросил Ганс.

– Поговорить, – улыбнулась девушка.

– Так говори, – сказал карлик.

– Скажи мне, кто ты такой? – спросила Матильда.

– Кто я? Я – карлик, разве ты еще не заметила? – грустно усмехнулся Ганс.

– А кем ты был до того, как попал сюда?

– Никем. Я всегда был здесь. Я всегда был карликом.

– А я уверена, что видела тебя раньше!

– Где же это?

– Во дворце.

– Вот как? И что я там делал? Веселил короля?

– Нет. Ты был другим. Высоким, красивым, сильным…

– Что за бред! – взорвался карлик. – Ты смеёшься надо мной!