Читаем Кардинал Ришелье полностью

В последующие годы отношения между Каталонией и Мадридом зашли в тупик. Взрыв мог произойти в любой момент и по любому поводу. И он произошел.

7 июня 1640 г. в результате незначительного инцидента (случайный выстрел из окна дворца вице-короля в Барселоне в мирную толпу, собравшуюся на центральной площади города) столица Каталонии, а затем и вся провинция были охвачены восстанием. Сразу же после инцидента возбужденная толпа ворвалась во дворец и растерзала вице-короля. Началась подлинная охота на испанских солдат. Испанские командующие вывели войска в соседний Руссильон.

Характерно, что каталонцы восстали не против королевской власти как таковой. Они требовали лишь уважения древних свобод провинции. Их лозунги: «Да здравствует король! Смерть предателям! Долой плохое правительство! Да здравствует мать Святая церковь!». Депутаты, отправленные в Мадрид, заверяли короля, что Каталония в состоянии сама защитить себя в случае французского вторжения и поэтому не нуждается в присутствии его армии. Филипп IV отказался вступить в какие-либо переговоры с бунтовщиками, пригрозив потопить восстание в крови. Это был непростительный просчет испанского монарха и его первого министра Оливареса.

В ответ на угрозы короля Каталония официально лишила Филиппа IV традиционного титула графа Барселонского и, таким образом, перестала признавать его своим сувереном. Одновременно она обратилась за помощью к королю Франции. «Я думаю, — писал Людовик XIII Ришелье, — что мы можем извлечь из этого дела большие преимущества для нас…»

В начале августа в Барселону для переговоров с военным руководителем восставших доном Раймоном де Гиймерой прибыл эмиссар Ришелье дю Плесси-Безансон, обсуждавший возможности заключения союзного договора между Францией и Каталонией, независимость которой была признана Парижем с непостижимой для тех времен быстротой. Такой договор был подписан в Барселоне 16 декабря 1640 г.

А уже 7 января 1641 г. послы Каталонии прибыли в Париж с ратификационными грамотами, которые вручили Людовику XIII, получив от кардинала Ришелье аналогичный французский документ.

Каталонцы пошли еще дальше в своих отношениях с Францией. В феврале 1641 года они предложили Людовику XIII принять титул графа Барселонскою, что означало распространение французского суверенитета на Каталонию. Предложение было настолько смелым и неожиданным, что повергло Королевский совет и кардинала Ришелье в серьезные и мучительные размышления. Наконец 19 сентября 1641 г. Людовик XIII сообщил о своем согласии принять предложенный титул. Ришелье прекрасно понимал, что лишь крайние обстоятельства вынудили каталонцев пойти на такой шаг, поэтому сумел убедить короля не относиться серьезно к оказанной ему чести, использовав в то же время тесное сближение с Каталонией для более эффективной борьбы с Испанией. Франция, по существу, ограничилась оказанием Каталонии военной помощи в изгнании испанцев из Руссильона, что полностью соответствовало ее собственным планам. В остальном она предпочла не вмешиваться во внутренние дела Каталонии.

Завоевание Руссильона стало одной из центральных задач кампании 1642 года.

Восстание в Каталонии ускорило давно назревавший взрыв в Португалии, подпавшей в зависимость от Испании в 1531 году в результате заключения брака между Филиппом II Испанским и Маргаритой Португальской, единственной дочерью короля Жоана III.

Как Филипп II, так и Филипп III старались по возможности не ущемлять древних традиций некогда могущественной Португалии, но с воцарением Филиппа IV и особенно в результате насильственной централизаторской политики Оливареса положение стало быстро меняться. Особенное недовольство в Португалии вызвало введение Оливаресом в 1635 году 5-процентного налога на все виды имуществ в провинции, что ударило по интересам португальской знати и торговой буржуазии. Тогда же в связи с началом испано-французской войны в Португалии была объявлена дополнительная мобилизация в испанскую армию. С тех пор подобные мобилизации стали проводиться ежегодно. Все это безусловно способствовало нарастанию антииспанских настроений в Португалии.

Назревание кризиса в отношениях между Португалией и Испанией довольно рано было замечено в Париже. Ришелье поручает своим агентам активизировать деятельность в Португалии. Современный французский историк Мишель Кармона не исключает того, что именно стараниями этой агентуры был найден будущий вождь восстания в Португалии герцог Жоан Браганцкий, член царствовавшего некогда в Лиссабоне Королевского дома. Во всяком случае, переписка Ришелье с архиепископом Бордоским Сурди, относящаяся к 1638–1639 годам, свидетельствует об ожидании каких-то событий в Португалии, к которым нужно быть готовыми и «в случае необходимости прийти на помощь португальцам».