Читаем Карачун полностью

Помахав лопатой с пять минут, Зимин согрелся - и даже вспотел. Конечно, обидно было поворачивать, но, похоже, ничего больше не оставалось. Не бежать же перед «девяткой» с лопатой до тех пор, пока дорога не выйдет в поле. Впереди едва брезжил поворот - тени леса смыкались в мутной пелене. И ветер здесь выл не так, как на болоте: плакал и хохотал, словно и в самом деле был живым существом - помешанным стариком в рубище.

Зимин бодро прыгнул за руль, хлопнув дверцей и повернул ключ зажигания. «Девятка» послушно развернулась на расчищенном участке, прошуршала боком по рыхлому сугробу и… снова уперлась бампером в снег: пока Зимин махал лопатой, дорогу замело еще сильней.

Ноги промокли: в тепле снег, набившийся в ботинки, раскис и теперь противно хлюпал. Все же во дворе, расчищая дорогу, Зимин не ходил по сугробам… Он еще не понял до конца, в какое плачевное положение попал, - наверное, потому что не очень хотел понимать. Поэтому снова вышел из машины и взялся за лопату.

Он не успел подумать о том, что до чистой дороги пять километров и что с такой скоростью он доберется до нее примерно через неделю, как вдруг лопата зацепилась за что-то под снегом - словно на асфальте могли быть крутые кочки. Зимин нагнулся, разглядывая, во что уперлась лопата, потом присел на корточки, пощупал обледеневшую дорогу рукой - и похолодел. Под снегом не было асфальта - сухая трава. Он копнул рядом - то же самое. Такого просто не могло быть! Конечно, для разворота «девятки» он не старался расчистить снег до самого асфальта, снимал его только сверху. Но этого не могло быть! Да и не было тут никогда столь гладкой просеки, чтобы он свернул на нее вместо дороги.

Зимин поковырял снег с другой стороны от машины и обнаружил ту же примятую смерзшуюся траву. И с тоской подумал о том, что никому не сказал, куда поехал… Может быть, он просто сбился с дороги? И поэтому завяз? И нужно лишь найти под снегом асфальт, чтобы ехать дальше?

Утробный хохот ветра из лесу был ему ответом. Хоровод призраков радостно выл, улюлюкал и свистел - в четыре пальца. И вместо тухлых помидоров швырял в лицо пригоршни снега.

В поисках асфальта Зимин раскидывал лопатой снег с одержимостью ненормального. Он не замечал мороза - пот катился по лбу градом. В одну сторону он раскопал дорожку до глубокой канавы - и, поскользнувшись, провалился в снег едва не по пояс; в другую - пока не уперся лопатой в кусты. Сонный лес хлопал в зеленые ладоши, невидимые ведьмы визжали от восторга, невидимыми метлами поднимая вокруг себя снежную пыль.

Если бы он застрял на дороге, всего-то и нужно было что дождаться утра в теплой машине - ведь чистят же эти дороги когда-нибудь, а тем более после метели. А чего дожидаться здесь? Когда кончится бензин? Зимин вытер пот со лба и угрюмо посмотрел по сторонам. Да нет же, не может быть! Он просто съехал с асфальта! Надо расчистить снег по колее, оставленной «девяткой».

«Девятку» он едва нашел: чокнутые мельники, посыпавшие землю снегом, превратили ее в сугроб. Зимин скинул снег с крыши и капота и принялся рыть дорожку дальше - по еле заметному следу машины. Призраки в серых саванах плясали фламенко, и обглоданные тлением подолы кружились и свивались в воронки; только вместо гитары ветер дергал морозные струны, натянутые в воздухе. Да и песня их была дурной, как у обкуренных лабухов.

Скоро на спине одеревенели мышцы - с непривычки. И так ли скоро? Зимин с трудом выпрямился, снова вытер пот и оглянулся: «девятка» скрылась в темноте и метели. Неужели он ехал по траве так долго и ничего не заметил?

Хотелось пить, и он решил вернуться к машине - хлебнуть воды и погреться. Хоть на спине свитер и промок от пота, голые руки ломило от холода.

«Девятку» снова замело, и пришлось почистить ее еще раз. Хотя бы для того, чтобы не чувствовать себя замурованным. Зимин сел за руль и включил мотор, подставив ладони под ток теплого воздуха из печки. Хорошо, что он утром заправился…

Ветер нетерпеливо стучался в стекло, словно предлагал снова выйти наружу. Лобовое стекло заносило на глазах - Зимин включил и выключил дворники. Только не хватало посадить аккумулятор… Минут через пять отогрелись руки, и он уже хотел продолжить поиски, как вдруг заметил нехорошее покалывание в ногах: да он же просто не заметил, что они замерзли до потери чувствительности! Черт, так ведь можно и без пальцев остаться! Мало того, что ботинки узкие, они еще и мокрые!

Еще минут пять он сидел, уткнувшись лбом в руль и вцепившись в него руками - и разве что не выл: ноги, согреваясь, болели невозможно. А когда поднял голову, в лобовом стекле было так темно, словно машину погребли в земле, а не под снегом. Но дворники справились: сквозь ставший прозрачным полукруг в лицо устремился рой маленьких белых бесенят.

Потом Зимин немного посушил носки и подумал, что надо взглянуть, что там за поворотом. Может, дорога? Или поле, с которого будет видна дорога? Предположение, конечно, наивное: с чего бы в поле вьюге быть тише?

Но не сидеть же сиднем в машине и ждать, пока кончится бензин или сядет аккумулятор!