Читаем Капли дождя полностью

- Вы обязательно должны поехать, - шепнул ей на ухо начальник главка, - сделайте приятное руководству. - A propos, - начальник главка сделал многозначительную паузу и добавил: - A propos, он прямо не надышится на вас. И еще: для служебного пользования - он вдовец.

Начальнику главка явно понравилась его собственная шутка. Маргит подумала, что Рамбак хороший специалист и организатор, но, к сожалению, пошляк.

Вошли в зал. Руководитель делегации сказал Маргит, что был бы очень рад, если бы товарищ Воореканд уделила немного внимания его обществу. Министр пригласил всех садиться за длинный стол, уставленный закусками, бутылками, тарелками и рюмками. У противоположной стены находился второй обильно уставленный стол.

Руководитель делегации попросил, как водится у коллег, - ведь и он по образованию инженер, специальность у них, правда, не совсем одна и та же, он изучал машиностроение, - называть себя Самедом, ибо Ахад Самед Али оглы может даже у владеющих многими другими языками эстонцев сломать язык. Маргит не оставалось ничего другого, как позволить и себя называть по имени.

Самед спросил, что ей предложить, вина или водки, - коньяка на столе еще не было. Маргит предпочла сухое вино. Самед налил себе водки, сказал, что в Азербайджане главным образом пьют вино, - влияние мусульманской веры в быту еще чувствуется - мусульмане, те вообще не пьют, он же употребляет всюду, где ему доводится быть, местные напитки, к тому же у "Ви-руской белой" нет никакого привкуса. Закусил Самед кусочком угря, Маргит взяла дольку апельсина. Позднее, когда Ахад Самед Али оглы говорил с министром, она быстренько съела две тарталетки - с икрой н салатом.

Приветственная речь немного задерживалась - что-то случилось с микрофоном.

- Виктор Петрович и Август Карлович не пришли, - услышала Маргит чей-то шепот. - Старик надеялся, что придут, сам звонил им, хотел похвастаться перед гостями.

Маргит подумала, что привычка величать высокое начальство по имени-отчеству распространяется все шире, ей это не нравилось.

И на этот раз довольно еще молодой, энергичный и остроумный министр, которого даже завистливые языки называли за глаза "Стариком", сумел вызвать своей речью оживление и смех. Во всяком случае, Маргит речь понравилась. Опять услышала она шепоток: "Старик всегда варьирует один и тот же мотив. Между прочим, знаете ли вы, что он дал секретарше задание собирать, анекдоты, чтобы приправлять ими свои речи?" Маргит вспомнились слова Томсона о дворе.

Самед повел разговор о комбинате, который они посетили с утра. Заинтересовался производительностью новых ткацких станков, они поговорили некоторое время о научной организации труда, и оба сошлись во мнении, что об этом больше говорится, чем делается, что нельзя превращать принцип научной организации труда в громкую фразу. Руководитель делегации не пытался за ней ухаживать и не приглашал танцевать. Не танцевал Самед и с другими, - видимо, он и не знал здешних танцев.

Министр извинился и увел его на чуток, чтобы познакомить с представителями из Нарвы и Тарту. Там завязалась оживленная беседа.

Маргит вдруг почувствовала себя одинокой. Не потому, что увели соседа по столу, нет. Еще в разговоре с ним настроение ее упало, и она даже не могла понять, в чем дело. После того как Самеда увели, несколько мужчин приглашали ее потанцевать. Танцевать Маргит любила. Но и это не подняло настроения. Она разрешила налить себе вместо вина водки, осушила рюмку и поняла, что ей недостает Андреаса. Он нравился ей, это верно, но то, что здесь, на банкете, она ловит себя на том, что думает о нем, было неожиданно и для самой Маргит. Или Андреас значит для нее куда больше, чем она до сих пор считала?