Читаем Капище полностью

Смотрим дальше. Голова. Крепкий, массивный череп. Большой открытый лоб. Волосы уложены назад. На голове маленькая зеленая шапочка, что-то исламское, не знаю, как называется, но многие мусульмане носят такие дома.

Можно предположить, что мужик сторонник веры. А может, просто дань традиции — он ни разу не упомянул Аллаха, значит, не сильно-то и верующий. Обычно, когда слушаешь чеченца, то он через предложение поминает Аллаха и Пророка. В этом ничего плохого нет, только когда чеченец начинает говорить «клянусь», это значит, что он тебя обманывает, и, если есть возможность, надо сваливать.

Мустафа ни разу не помянул имя своего Бога всуе, и ни разу не сказал «клянусь». Хотя рассказывает откровенную чушь. О чем это говорит? Правильно — притворяется, и делает это искусно. Значит, мастер этого дела. Большой мастер. Очень большой.

Дальше. Уши. Большие, высоко посаженные, мясистые, мочки удлиненные, приросшие к скулам. Сами уши явно были неоднократно поломаны.

По мнению женщин, у мужчин с сильно развитыми ушами высокий уровень тостестерона, кажется, так называется гормон, отвечающий за потенцию. Надо взять на заметку, что от случайных половых связей мужик теоретически не откажется. Поможет это или нет — неизвестно, но надо запомнить.

Официально медицина отвергает теорию Ломброзо, но контрразведке плевать на официальные версии, она берет все, что полезно, невзирая на теории. Если это полезно и приносит пользу, результат, то всегда будет применяться на практике.

И нас учили по теории Ломброзо, что если кончики ушей у человека расположены выше лини глаз, то он склонен к интеллекту. Другой вопрос — где он найдет применение своим мозгам. У этого чеченца уши были расположены высоко, и кончики их были заострены. Прямо как волчьи.

Брови. Сросшиеся — одна бровь на два глаза.

Подбородок. Массивный, рассечен надвое узкой глубокой «ямкой».

Надбровные дуги сильно развиты и нависают над глазами. Смотрел он, поэтому, как из бойниц. Взгляд быстрый, тяжелый, стегающий.

Нос. Широкий, перебитый, весь в крупных порах, из ноздрей торчат волосы, даже много волос.

Глубокая носогубная складка. Усы. Какой же джигит без усов!? Усы небольшие, правильной формы, он периодически их приглаживает. Один из признаков, что человек врет, — когда во время своего монолога он прикасается к лицу. Как бы хочет закрыть рот.

Рот. Губы не гармонируют со всем лицом. Небольшие, жесткие. Когда что-то вспоминает, то они вытягиваются в ниточку. Зубы крепкие, часть зубов из желтого металла, может и золота, а может напыление из нитрида титана. Такими зубами можно проволоку перекусывать. Челюсти тоже хорошо развиты.

Весь внешний вид Эмирова говорил о том, что он из породы кровожадных хищников. И перед ним не стоит расслабляться. Этот всегда может нанести удар. Смертельный удар.

И вот в нашем «интервью» мы подошли к теме войны и мира.

Мустафа начал расписывать, какие сволочи эти русские. Какой в Чечне до этого был порядок. Все работали, никаких бандитов не было. И русских никто не обижал. Жили все дружной интернациональной семьей.

На вопрос, участвовал ли он в боях, «Сопка» ответил уклончиво, мол, непосредственно в боестолкновениях он не участвовал. Помогал, де, беженцам, снабжал их продовольствием и гуманитарной помощью. Прямо Мать Тереза, а не бывший уголовник и агент органов безопасности.

Ладно, пора брать быка за рога.

— Скажите, Мустафа, — начал я спокойным голосом, — вы не встречали в Чечне Грохотова Евгения Николаевича?

— Кого?! — мой вопрос был для Эмирова как удар поддых.

— Старшего оперуполномоченного майора Грохотова, — уточнил я.

— Нет, — произнес неуверенно «Сопка», облизал губы. Потом схватился за свою чашку с чаем.

— Интересные вещи он поведал про вас, уважаемый агент «Сопка» из категории особо ценных, — добил я его, но надо наступать дальше, закрепить успех. — Вы же сами очень гордились тем, что отнесены к категории особо ценных. Гордились, Мустафа? В глаза, в глаза смотри! — я крикнул ему в лицо. — Так гордился или нет?! Отвечай!

— Да я вас сейчас! — Мустафа начал подниматься.

Все ведомственные инструкции запрещают сообщать агенту к какой категории источников он относится, но многие опера используют этот факт для стимулирования сексота. Кстати, в слове «сексот» нет ничего оскорбительного, расшифровывается как «секретный сотрудник».

Надо пресечь в корне его попытки к сопротивлению, подавить «бунт на корабле». Сейчас! Немедленно! Иначе все проиграем.

— Сядь! Сидеть! — снова крикнул я (смотреть только в глаза, кто кого сильнее!). — И деньги ты, «Сопка», получал немалые. Сидеть! Кому сказано! Так получал?! Может, тебе копии расписок предъявить?! Получал?! Говори! Ну!

— Получал, — Эмиров сел, как будто воздух из него выпустили, «сдулся».

— И многим было бы интересно узнать, как ты помогал органам в зоне. Благодаря тебе был предотвращен побег. Спасибо тебе за это. Ты об этом помнишь? — я развивал наступление. — Говори, помнишь?!

— Да, — голова опускается ниже, а это тревожный симптом.

— В глаза смотри, в глаза!