Читаем Канун трагедии полностью

Майский пытался связать вопрос о торговле с политически­ми проблемами, но Галифакс перешел к вопросу о советской прессе. По его мнению, в последнее время она занимает край­не враждебную позицию в отношении Англии, что затрудняет работу по улучшению англо-советского сотрудничества²⁷. В от­вет Майский заявил, что советская пресса платит той же моне­той, ибо британские средства информации крайне недруже­любно отзываются об СССР. Кроме того, британская диплома­тия ведет сейчас пропаганду против СССР во всех концах мира — на Дальнем и Ближнем Востоке, на Балканах, в Сканди­навии и т.д.²⁸

Обмен репликами между Галифаксом и Майским отра­жал реальное положение дел. Действительно британская пресса постоянно помещала весьма резкие критические ста­тьи о Советском Союзе. Успокоительные заверения англий­ских должностных лиц и политических деятелей, звучавшие в кабинете советского посла или в резиденциях британского министра, оставались неизвестными широкой обществен­ности.

Статьи в английской прессе касались советских акций в Польше и сотрудничества с Германией. Довольно много мате­риалов посвящалось внутренним проблемам СССР. Газеты пи­сали о новом витке советского национализма и имперских на­строений. Муссировалась и такая тема, как возможная угроза британским интересам в Индии и Афганистане и Среднему Востоку в целом.

Не отставала и советская печать. Фактически полностью исчезнувшее осуждение фашизма восполнялось критикой так называемых западных демократий, главным образом Англии и Франции. Резкие высказывания Сталина против Англии и лично Чемберлена во время встреч с Риббентропом отражали не только его личную позицию. Весьма сильны бы­ли антибританские настроения и среди политической элиты СССР.

Советские средства информации действовали в русле тех указаний, которые они получали от идеологического отдела Центрального Комитета партии и Наркомата иностранных дел. Английское правительство подвергалось резкой критике за продолжение войны (Сталин и Молотов приветствовали слова германских руководителей, называвших Англию главным "поджигателем войны"). По-прежнему не сходила со страниц периодических изданий тема о британском колониализме. Зна­чительное место занимало разоблачение английской буржуаз­ной системы. Англия и Франция как бы заполняли тот вакуум, который образовался в СССР после запрета критики нацизма и германского фашизма. Все это в своей совокупности отнюдь не создавало благоприятной основы для улучшения советско-бри­танского сотрудничества.

11 декабря Майский посылает Молотову большое письмо с обзором советско-английских отношений в сентябре — ноябре 1939 г., отмечая, что, как и во время московских переговоров летом 1939 г., политика Англии остается противоречивой. С од­ной стороны, постоянные разговоры об улучшении отноше­ний, с другой — антисоветские интриги во всех концах мира. Но Советский Союз не попался в расставленные ему сети, и те­перь в Англии разочарованы. Но найден новый повод для выпа­дов против СССР, которые отличаются небывалой резкостью. Англичане, по мнению посла, всячески раздувают антисовет­скую кампанию, чтобы "потрафить американцам"²⁹.

Мы еще вернемся к оценке советско-английских отноше­ний, а пока отметим, что Майский явно переоценивает совет­ские намерения касательно развития отношений между двумя странами. Из его обзора вытекает, что СССР будто бы заранее был горячим сторонником их улучшения. Во всяком случае Майский делал выводы, исходя из указаний Молотова, а его ре­комендации, в свою очередь, влияли на антианглийские на­строения в советском руководстве.

Так выглядела британская политика в представлении совет­ского посла, в таком духе он информировал Москву на основе заявлений и выступлений политических лидеров и обществен­ных деятелей Англии и своих с ними контактов.

Из приведенных документов видна и официальная линия советского руководства, прослеживаемая в инструкциях Нар-

коминдела советскому посольству в Лондоне.

* * *

Прежде чем сделать общее заключение о состоянии совет­ско-английских отношений и британском внешнеполитиче­ском курсе, обратимся к тому, что происходило в кругах истеб­лишмента Англии и не становилось известным широкой обще­ственности и что оставалось за рамками бесед английских дея­телей с советским послом в Лондоне и руководства СССР с Сидсом — английским послом в Москве.

Вначале отметим, о чем сообщал Сидс в Форин Офис осе­нью 1939 г. и какова была реакция британского военного каби­нета на действия СССР.

Еще 17 сентября Сидс в связи с событиями в Польше насто­ятельно советовал не разрывать дипломатические отношения с Советским Союзом³⁰. Через два дня он снова призывает к сдер­жанному подходу к советскому вторжению в Польшу³¹. 18 сен­тября на заседании военного кабинета в Лондоне обсуждалась ситуация в связи с вступлением Красной Армии в Польшу и преобладающим был умеренный тон. Но уже в первой полови­не октября в переписке между Сидсом и Форин Офис рассмат­ривается возможность войны между СССР и Англией в ближайшем будущем³².