Читаем Канонир Кейд полностью

Они нашли себе надежное убежище в заросшем травой овражке в полукилометре от Пентагона — так беглецы, не сговариваясь, стали называть это странное сооружение, архитектура которого была основана на цифре «пять». Фледвик, не долго думая, растянулся на травке и захрапел. Кейд бодрствовал, погрузившись в раздумья и время от времени поглядывая на тщедушную фигурку спящего компаньона. Пятисуточный переход отнял немало сил у этого горожанина, но вел он себя, надо признать, отменно, кроме тех случаев, когда впитанные с молоком матери суеверия и страхи затуманивали ему мозг и лишали последних остатков храбрости.

Сам канонир спать не собирался, даже если б и хотел. Взор его неотрывно скользил по западному фасаду Пентагона, автоматически фиксируя все существенные детали, такие, как количество часовых, время и порядок смены постов, возможные точки проникновения внутрь и наиболее безопасные подходы к ним. Но в основном его мысли были заняты другой, значительно более важной проблемой, которую во что бы то ни стало было необходимо разрешить.

У них был неплохой шанс пробраться в здание. Кейд знал, без ложной скромности, но и не впадая при этом в грех гордыни, что входит в число самых лучших воинов Империи. Однако это обстоятельство отнюдь не умаляло предстоящих нынешней ночью трудностей. Одному человеку, будь он даже суперпрофессионалом, очень сложно противостоять многократно превосходящему по численности противнику. В случае обнаружения он не сможет справиться и с небольшой группой часовых, не говоря уже о всей охране. Но если он не сможет прорваться через охранение, значит, не сможет добраться и до Арля, отца бомбардира. В таком случае нужно найти способ оповестить его о происходящем вне зависимости от того, выживет Кейд или погибнет.

Вместо бумаги он оторвал широкую полоску ткани от своей истрепавшейся за время странствий рубахи. Рисунок на ней представлял собой чередование средней величины белых и красных ромбов. Достав маленький перочинный ножик, извлеченный все из того же «волшебного» пояса и одолженный ему Фледвиком в качестве столового прибора, канонир открыл лезвие и сделал надрез в подушечке среднего пальца левой руки. Затем расстелил полоску ткани на плоском камне и стал писать, обмакивая кончик ножа в кровь и тщательно выводя прописные буквы в белых ромбиках орнамента:

КЕЙД НЕ ПОГИБ

В САРРАЛЬБЕ ХРАМ КАИРСКИХ

МИСТЕРИЙ В БАЛТИМОРЕ

Он закончил послание и приложил окровавленный палец к свободному белому ромбу под текстом. Подумав, помазал кровью остальные и тоже оставил отпечатки. Этого должно было хватить. По папиллярным линиям его личность определят очень скоро, а анализ крови послужит дополнительным подтверждением. Ну, а дальше достаточно будет пройти по его следам. Сначала допросить ту злобную старуху, одурманившую его отравленным сидром, потом выйти на Храм в Балтиморе, с его подземными коридорами и святилищами, поднять протокол допроса «неизвестного, выдающего себя за канонира Кейда», и останется лишь сложить воедино разрозненные кусочки мозаики. Сам он сделал бы это лучше, но опасался, что не доживет.

Он вытер лезвие и очистил от крови пальцы, чтобы не пугать Фледвика, когда тот проснется, и не вызывать лишних вопросов. Тряпку с посланием обвязал вокруг небольшого голыша и сунул в карман.

На закате произошла очередная смена караула. Кейд ждал этого момента затаив дыхание и облегченно вздохнул, обнаружив, что численность ночной смены часовых осталась неизменной. Из этого следовал вывод, что его здесь не ждут и дополнительных мер по охране не принимают. По периметру непострадавшей части здания через каждые полсотни метров были расставлены одиночные посты. Часовые прохаживались взад-вперед по своим участкам, встречались под укрепленными в арочных проемах фонарями и вновь расходились, погружаясь в темноту. Развалины не охранялись, и это было понятно: зияющие черные провалы и при дневном свете вызывали мистический ужас, а уж ночью туда сунулся бы самый отъявленный храбрец.

Большим пальцем правой ноги, торчащим сквозь разорвавшийся верх износившихся сандалий, Кейд легонько пощекотал спящего напарника.

— Пора? — спросил тот, зевая и протирая глаза.

Канонир кивнул и шепотом обрисовал намеченный им план действий. Через пару часов внимание караула неизбежно ослабнет и борющиеся с дремой часовые перестанут скрупулезно соблюдать предусмотренный Уставом порядок. Любой начальник караула знает, что это время — самое подходящее, чтобы устроить внеочередную проверку постов и как следует проучить ленивых и нерасторопных. Эти два часа Кейд намеревался использовать для того, чтобы как можно ближе подобраться к зданию.

— А что потом? — поинтересовался Фледвик, лениво жуя корешок турнепса, завалявшийся у него в кармане.