Читаем Канон полностью

Быстро скинув с себя одежду, я натянул пижаму, чтобы, не дай Мерлин, не дать повода своим крёстным учинить со мной что-нибудь этакое. Они же ведь за свою дочушку... Продев голову в фуфайку от пижамы, я вздрогнул, увидев всё ту же чёрную кошку, которая сидела на кресле передо мной, сверля меня немигающим взглядом своих зелёных глаз.

— Ты, что, за мной подглядывала, что ли? — спросил я животину. Кошка лениво отвернулась и принялась вылизывать свой бок. Мол, больно надо было. — Ну, хоть в туалет ты за мной не пойдёшь? — Кошка на секунду прервалась, глядя перед собой, словно обдумывала эту мысль, а потом вернулась к умыванию. «Как ни соблазнительно это звучит, но, пожалуй, в другой раз!» — Я тогда пошёл? — спросил я. На этот раз кошка даже не соизволила прерваться. Понятно. Меня милостиво отпускают.

Пока я мылся, я совершенно забыл про зверюгу в своей комнате, поэтому, когда я вернулся и начал стаскивать с кровати покрывало, меня чуть кондратий не хватил при виде кошачьих глаз, внимательно отслеживающих каждое моё движение. Я бросил покрывало и подошёл к двери, приоткрыв её:

— Давай, иди! — махнул я рукой кошке. — Хозяева тебя, наверное, ищут!

Да сейчас! В два прыжка она соскочила на пол и запрыгнула на кровать, где, потоптавшись, улеглась ровно по центру, который я уже успел освободить от покрывала. Вот же, наглая тварь! Плюнув на попытки её прогнать, я забрался под одеяло, немного её подвинув, и погасил свет. Я всё гадал, придёт ко мне Дафна или не придёт. Не зря же она меня, в конце концов, подбила напроситься на ночлег к Гринграссам.

— Ма-а-ау! — вдруг сказала моя соседка.

— Тш-ш-ш! — сказал я. — Ты мне спать мешаешь!

Кошка пододвинулась к моей руке и легонько укусила меня за палец.

— Ты что творишь? — я чуть не подпрыгнул от неожиданности.

— Мр-р-р! — сказала зверюга и для убедительности ткнула меня лапой в ладошку, слегка выпустив когти.

— Тебя, что, чесать? — я поднял руку и коснулся мягкой шерсти.

— Мр-р-р! — отозвалась она, подставляя под мою руку голову. — Мр-р-р!

Пришлось ублажать это чудовище, поскольку, понятно было, иначе живым она меня отсюда не выпустит. Ещё через пару минут кошка начала тарахтеть, как трактор постройки начала века, полностью заглушив даже звук шагов и открывающейся двери. Только когда Дафна тихонько зашипела, врезавшись в грамотно поставленное мною у неё на дороге кресло, я понял, что уже не один в спальне. Не считая кошки, конечно.

— Дафна? — спросил я.

— Нет, чёртова Беллатрикс Лестрейндж! — сердито отозвалась она. — Конечно, это я! А что, ты ещё кого-то ждал?

Кто-то, похоже, явно не в духе!

— А что ты на меня орёшь? — спросил я.

— Я не ору, я шёпотом говорю! — ответила она.

— Ну, шёпотом орёшь! — сказал я. — Кроме того, тут где-то в доме ещё и твоя сестра есть!

— Ну да, есть такое дело! — согласилась Дафна, примостившись на краешек кровати, а потом пожаловалась: — А я пальчик ушибла!

Я сел на кровати и погладил её ножку, которую она мне с готовностью пододвинула.

— Ну как, — спросил я, — так лучше?

— Ага! — ответила она. — Только пальчик я ушибла на другой ноге!

А мне не трудно! Я погладил другую ножку тоже, и она спрятала обе под одеяло. Вовремя! А то меня уже начали одолевать мысли перейти на голень, потом — на коленки... Чёрт, опять! Я откинулся на подушку, надеясь, что в темноте Дафна не разглядит бугор на одеяле. Она тут же по-свойски разместила голову у меня на плече, обдав ароматом своих волос. Я невольно потянулся к её макушке сначала носом, а потом губами.

— Ты что это там делаешь? — спросила она.

— Ничего особенного!

— Я же чувствую...

— Мяв! — сказала кошка.

— Иди отсюда! — шикнула на неё Дафна. — Бродяжка...

— Ма-а-ау! — издевательски ответила ей кошка и вновь полезла мордой мне под ладонь. Я начал её почёсывать, и она опять затарахтела.

— А спинку чесать, что ли, сегодня не будут? — спросила Дафна. То есть, сначала мне в полудрёме причудилось, что это спросила кошка, и сон у меня от удивления как рукой сняло.

— А... надо? — спросил я в ответ.

— Я не поняла вопроса! — ответила она весьма многообещающим тоном. Я засунул руку под одеяло, и когтями провёл по её спине, даже сквозь ткань её ночной рубашки чувствуя, как мою руку словно током бьёт.

— Мур-р-р! — сказала она. Или это сказала кошка?

— Дафна? — спросил я.

— Мур-р-р! — ответила она.

— Ты мне раньше не говорила, что у тебя в доме живут кошки! — упрекнул её я.

— А ты и не спрашивал! — лениво прокомментировала она.

— Как ты себе это представляешь? — спросил я. — «Дафна, чисто случайно, не живёт ли у тебя в доме пара кошек?»

— Если бы ты задал вопрос в такой формулировке, то, несомненно, получил бы на него утвердительный ответ. А как ты себе это представляешь? «Привет, я — Дафна! Мы с тобой когда-то целовались! Кстати, у меня дома живут две кошки!»

— Кстати, о «целовались»... — мечтательно произнёс я.

— Ты ведь не станешь меня уверять, что каждый раз, как Панси к тебе прибегает, вы с ней целуетесь до первых петухов? — млея от удовольствия под моими пальцами, спросила Дафна.

— Ну. ладно, но хоть как их зовут, ты мне скажешь?

Перейти на страницу:

Все книги серии Проект «Поттер-Фанфикшн»

Между небом и землей
Между небом и землей

Проект «Поттер-Фанфикшн». Автор:Anya ShinigamiПэйринг:НЖП/СС/СБРейтинг:RЖанр:Adventure/Romance/Drama/AngstРазмер:МаксиСтатус:ЗаконченСаммари:История любви, три человека, три разных судьбы, одна любовь на троих, одна ненависть. На шестой курс в школу Хогвартс переводится студентка из Дурмстранга. Что ждет ее впереди? Как она связана с Темным Лордом?«Всё время я чувствовала, что это чем-то закончится, либо смертью, либо жизнью…»От автора:Блэк жив, Слагхорн не преподает, сюжет идет параллельно канону(6 и 7 книги) с небольшими дополнениями и изменениями. Саундтреки прилагаются. Все стихотворения в фике написаны мной.Опубликован:Изменен:

Anya Shinigami , Виктория Самойловна Токарева , Ирина Вольная , Nirvana Human , Анна Блоссом , Виктория Токарева

Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Современная проза / Прочие приключения

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное