Читаем Каннибализм полностью

Если практика человеческих жертвоприношений и была широко распространена в Африке, ежегодное число жертв там не было особенно большим, а каннибализм как таковой ограничивался только некоторыми регионами, такими прежде всего, как бассейн реки Конго и Нигера. Массовые ритуальные убийства в Африке были, скорее, исключением, чем общепринятым правилом. Например, в Уганде вождь посылал на верную смерть в непроходимые джунгли одного-двух «козлов отпущения», если только боги сообщали ему о кознях, которые чинят против него с помощью магии его враги. В таком случае выбор мог пасть на взрослого мужчину или на мальчика либо на женщину с ребенком. В сопровождении коровы, козла, курицы, утки или собаки их отправляли на явную медленную мучительную смерть на территорию противника. Предварительно им ломали кости, чтобы у них не хватило сил для возвращения домой. Такой принцип «козла отпущения» превалировал в Нигерии, где в некоторых районах приносили в жертву молодую женщину, которая тем самым искупала прегрешения своего племени. Жертвы для подобных церемоний приводились из соседних племен, и любой член общины, который совершил великий грех в течение года — будь то колдовство, воровство или прелюбодеяние, — должен был за это заплатить определенный штраф. В 1858 году преподобный Д. К. Тейлор стал свидетелем одной из таких церемоний. В Онитсе, на берегу Нигера, жертву волокли лицом вниз по земле от дома вождя до реки, а толпа улюлюкала безжалостно ей вслед: «Зло! Зло!». Тело тащили по земле, что, по их мнению, способствовало скорейшему прощению всех грехов общины. В Африке кроме жертвоприношений ради поклонения предкам существовали и такие, в которых главная роль принадлежала самому вождю. Не только простые люди приносились в жертву в качестве слуг для монархов, но во многих регионах и сам правитель мог запросто стать очередной жертвой. У шиллуков на юге Судана жизнь вождя находилась в постоянной опасности.


Его не только убивали при проявлении первых признаков старческой немощи, но даже тогда, когда он находился в расцвете сил; ему мог бросить вызов любой соперник, и приходилось вступать с ним в смертельный поединок. Обычай убийства вождя существовал и в Западной Африке. У племен тукунов ему разрешалось править лишь семь лет. Если за этот период правления он серьезно заболевал или просто начинал кашлять или чихать, если вдруг падал с лошади, то его могли немедленно предать смерти. Право задушить вождя принадлежало его главному советнику.

Такое же представление превалировало и на другом краю «черного» континента. Известный немецкий антрополог Лео Фробениус описывает, как Макони, правитель той страны, которая в настоящее время называется Зимбабве, был осужден на смертную казнь всего четыре года спустя после восшествия на трон. Приговор выпало привести в исполнение его первой жене, которая задушила его с помощью специальной веревки, сделанной из жил вола в ночь полнолуния. Его труп отнесли на близлежащую гору. Там его ежедневно посещали жрецы, которые проводили разработанные самым тщательным образом религиозные церемонии. Его мозг, печень, все внутренности по очереди извлекались из тела и складывались в кожаный мешок, а освободившееся пространство набивали травами и листьями. После этого труп несколько раз обвертывали куском ткани, как мумию, и оставляли в сидячем положении, причем из этого узла должны были выступать только кончики пальцев с ногтями. Затем этот узел с мумией заворачивали еще и в шкуру быка, выращенного специально для такой цели. Через год жрецы вытаскивали останки короля из-под шкуры и складывали их в мешок. Особое внимание обращалось на то, чтобы при» этом не пропал ни один ноготь. На рассвете после первой ночи полнолуния любимую жену короля (не ту, которая задушила) раздевали донага, снимали с нее все украшения, после чего душили. После принесения в жертву еще нескольких представителей знати мумию замуровывали в пещере, в которой оставляли лишь небольшое отверстие. Специально выделенный для этой цели жрец постоянно дежурил у пещеры, ожидая, когда оттуда выползут змея, червь, черепаха и жук, в которых вселилась душа монарха. Когда одна из этих тварей на самом деле вылезала через дырку, ее заделывали. В 1929 году Фробениус писал, что такие ритуалы давным-давно не существуют. Но тем не менее в 1928 году дочь местного африканского царька была принесена в жертву, чтобы вызвать дождь. Вероятно, засуха длилась довольно долго, так как девушка ждала рокового дня целых два года, покуда не достигла половой зрелости, после чего ее задушили, как того требовал обычай.

Перейти на страницу:

Все книги серии Экспресс

Революционный террор в России, 1894—1917
Революционный террор в России, 1894—1917

Анна Гейфман изучает размах терроризма в России в период с 1894 по 1917 год. За это время жертвами революционных террористов стали примерно 17 000 человек. Уделяя особое внимание бурным годам первой русской революции (1905–1907), Гейфман исследует значение внезапной эскалации политического насилия после двух десятилетий относительного затишья. На основании новых изысканий автор убедительно показывает, что в революции 1905 года и вообще в политической истории России начала века главенствующую роль играли убийства, покушения, взрывы, политические грабежи, вооруженные нападения, вымогательства и шантаж. Автор описывает террористов нового типа, которые отличались от своих предшественников тем, что были сторонниками систематического неразборчивого насилия и составили авангард современного мирового терроризма.

Анна Гейфман

Публицистика

Похожие книги

Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1
Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1

Данная книга является первым комплексным научным исследованием в области карельской мифологии. На основе мифологических рассказов и верований, а так же заговоров, эпических песен, паремий и других фольклорных жанров, комплексно представлена картина архаичного мировосприятия карелов. Рассматриваются образы Кегри, Сюндю и Крещенской бабы, персонажей, связанных с календарной обрядностью. Анализируется мифологическая проза о духах-хозяевах двух природных стихий – леса и воды и некоторые обряды, связанные с ними. Раскрываются народные представления о болезнях (нос леса и нос воды), причины возникновения которых кроются в духовной сфере, в нарушении равновесия между миром человека и иным миром. Уделяется внимание и древнейшим ритуалам исцеления от этих недугов. Широко использованы типологические параллели мифологем, сформировавшихся в традициях других народов. Впервые в научный оборот вводится около четырехсот текстов карельских быличек, хранящихся в архивах ИЯЛИ КарНЦ РАН, с филологическим переводом на русский язык. Работа написана на стыке фольклористики и этнографии с привлечением данных лингвистики и других смежных наук. Книга будет интересна как для представителей многих гуманитарных дисциплин, так и для широкого круга читателей

Людмила Ивановна Иванова

Культурология / Образование и наука
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)

В сборник избранных работ известного французского литературоведа и семиолога Р.Барта вошли статьи и эссе, отражающие разные периоды его научной деятельности. Исследования Р.Барта - главы французской "новой критики", разрабатывавшего наряду с Кл.Леви-Строссом, Ж.Лаканом, М.Фуко и др. структуралистскую методологию в гуманитарных науках, посвящены проблемам семиотики культуры и литературы. Среди культурологических работ Р.Барта читатель найдет впервые публикуемые в русском переводе "Мифологии", "Смерть автора", "Удовольствие от текста", "Война языков", "О Расине" и др.  Книга предназначена для семиологов, литературоведов, лингвистов, философов, историков, искусствоведов, а также всех интересующихся проблемами теории культуры.

Ролан Барт

Культурология / Литературоведение / Философия / Образование и наука