Читаем Каннибализм полностью

«Виктория Рапаханго рассказала нам, что в молодости она была знакома с последними каннибалами на острове. Они вселяли ледяной ужас в маленьких детишек. Все жители острова Пасхи прекрасно знают, что их предки были «кай-тангата», то есть «пожирателями людей», Одни охотно шутят по этому поводу, другие обижаются при малейшем упоминании об этом старинном обычае, который в их глазах является варварским и постыдным. По словам отца Рассела, каннибализм на острове Пасхи исчез только после обращения в христианство всех жителей. Незадолго до этого туземцы съели нескольких людей, включая и двух торговцев из соседнего Перу. Каннибальские пиршества обычно устраивались в закрытых труднодоступных местах, и на них крайне редко допускались дети и женщины. Туземцы рассказывали отцу Цумбому, что наиболее лакомыми частями тела они считали пальцы рук и ног жертвы. Пленники, которых предстояло убить и съесть, обычно содержались до дня казни в хижинах перед святилищем. Там они ожидали своего часа, когда будут принесены в жертву богам.

Но каннибализм на острове Пасхи объяснялся не только религиозным обрядом, не только жаждой мести, но и простым желанием отведать человеческого мяса. Поэтому человек мог вполне убить другого человека без всяких на то причин, за исключением одной — желания удовлетворить свой аппетит. Излюбленными жертвами таких закоренелых каннибалов были женщины и дети. Однако за подобными преступлениями следовали, как правило, суровые карательные меры, тем более любой акт каннибализма, совершенный против какого-то члена семьи, рассматривался потом как вызов, как оскорбление, брошенное всему клану. Как это бывало среди племен майори, те, кто принимал участие в каннибальском пиршестве, должны были ощерить зубы перед родственниками жертвы и сказать: «Ваша плоть завязла у меня в зубах». Подобные замечания могли вызвать у тех, к кому они были обращены, приступ гнева такой силы, который ничем не отличался от малайского безумия, называемого «амок».

А. Метро, который совершил не одну научную экспедицию на остров в 30-е годы нашего века, приводит описание способов, выяснения отношений между племенами. Враждебно настроенные местные племена обычно провоцировали друг друга к действиям, осыпая противоположную сторону неистовыми оскорблениями. Война между ними начиналась с того, что они принимались швырять друг в друга камни...

Перейти на страницу:

Все книги серии Экспресс

Революционный террор в России, 1894—1917
Революционный террор в России, 1894—1917

Анна Гейфман изучает размах терроризма в России в период с 1894 по 1917 год. За это время жертвами революционных террористов стали примерно 17 000 человек. Уделяя особое внимание бурным годам первой русской революции (1905–1907), Гейфман исследует значение внезапной эскалации политического насилия после двух десятилетий относительного затишья. На основании новых изысканий автор убедительно показывает, что в революции 1905 года и вообще в политической истории России начала века главенствующую роль играли убийства, покушения, взрывы, политические грабежи, вооруженные нападения, вымогательства и шантаж. Автор описывает террористов нового типа, которые отличались от своих предшественников тем, что были сторонниками систематического неразборчивого насилия и составили авангард современного мирового терроризма.

Анна Гейфман

Публицистика

Похожие книги

Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1
Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1

Данная книга является первым комплексным научным исследованием в области карельской мифологии. На основе мифологических рассказов и верований, а так же заговоров, эпических песен, паремий и других фольклорных жанров, комплексно представлена картина архаичного мировосприятия карелов. Рассматриваются образы Кегри, Сюндю и Крещенской бабы, персонажей, связанных с календарной обрядностью. Анализируется мифологическая проза о духах-хозяевах двух природных стихий – леса и воды и некоторые обряды, связанные с ними. Раскрываются народные представления о болезнях (нос леса и нос воды), причины возникновения которых кроются в духовной сфере, в нарушении равновесия между миром человека и иным миром. Уделяется внимание и древнейшим ритуалам исцеления от этих недугов. Широко использованы типологические параллели мифологем, сформировавшихся в традициях других народов. Впервые в научный оборот вводится около четырехсот текстов карельских быличек, хранящихся в архивах ИЯЛИ КарНЦ РАН, с филологическим переводом на русский язык. Работа написана на стыке фольклористики и этнографии с привлечением данных лингвистики и других смежных наук. Книга будет интересна как для представителей многих гуманитарных дисциплин, так и для широкого круга читателей

Людмила Ивановна Иванова

Культурология / Образование и наука
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)

В сборник избранных работ известного французского литературоведа и семиолога Р.Барта вошли статьи и эссе, отражающие разные периоды его научной деятельности. Исследования Р.Барта - главы французской "новой критики", разрабатывавшего наряду с Кл.Леви-Строссом, Ж.Лаканом, М.Фуко и др. структуралистскую методологию в гуманитарных науках, посвящены проблемам семиотики культуры и литературы. Среди культурологических работ Р.Барта читатель найдет впервые публикуемые в русском переводе "Мифологии", "Смерть автора", "Удовольствие от текста", "Война языков", "О Расине" и др.  Книга предназначена для семиологов, литературоведов, лингвистов, философов, историков, искусствоведов, а также всех интересующихся проблемами теории культуры.

Ролан Барт

Культурология / Литературоведение / Философия / Образование и наука