Читаем Канатная танцовщица полностью

– Мать и дочь каждое воскресенье совершают пешие прогулки, и в позапрошлое воскресенье их видели в компании с одним господином. Неделю они гуляли втроем в лесу под Вокрассоном. Это некий Ласко, содержатель павильона Бикок. Я видел его через изгородь сада. Лет пятидесяти пяти. Худощавый. С седой бородкой.

– Сведения довольно скудные…

– Один из соседей, Вайян, железнодорожник, может рассказать что-либо более ценное. Но он повез жену в Версаль к больному родственнику. Я ожидаю его возвращения.

Они молча прождали несколько часов. Виктор дремал, Эдуэн нервно курил сигарету за сигаретой.

Наконец, в половине первого ночи появился железнодорожник, который в ответ на их вопросы сразу же воскликнул:

– Знаю ли я папашу Ласко? Да мы живем в ста метрах друг от друга! Этот дикарь занимается только своим садом. Иногда поздно вечером какая-то дама проскальзывает в его павильон и остается там на час или два. Он же выходит только пару раз в неделю: в воскресенье, чтобы прогуляться, и в другой день, чтобы съездить в Париж.

– В какой день недели?

– Обычно в понедельник.

– Так значит, в этот понедельник…

– Он был там, насколько я помню. Да, я как раз проверял его билет – туда и обратно.

– В котором часу?

– Всегда одним и тем же поездом, который прибывает в Гарт в шесть девятнадцать вечера.

Полицейские переглянулись. Потом Эдуэн спросил:

– Вы после этого видели его?

– Не я, но моя жена. Она разносит хлеб. Она мне говорила, что два последних вечера, когда я был на службе, во вторник и среду какие-то типы бродили вокруг Бикока. Ласко держит старую дворнягу, и та неистово лаяла в своей конуре. И жена уверяла, что это на человека в серой каскетке…

– Она никого не опознала?

– Кажется, опознала.

– Надолго она уехала?

– Завтра вернется.

Когда Вайян ушел, инспектор, поразмыслив пару минут, заключил:

– Надо посетить этого Ласко как можно скорее. Иначе мы рискуем, что и четвертый вор будет обворован.

– Не пойти ли нам прямо сейчас?

– Да, пожалуй…

И они направились по безлюдной дороге. Была тихая теплая ночь, ярко блестели звезды.

За легкой изгородью, сквозь кустарник виднелся одноэтажный павильон в три окна.

– Как будто есть свет, – прошептал Виктор.

– Да, в одном окне занавески плохо задернуты…

Но вот свет появился в другом окне, потом погас и снова зажегся.

– Странно, – заметил Виктор, – что собака не лает на нас. А конуру ее отсюда хорошо видно…

– Может быть, ее отравили?

– Кто?

– Тот или те, кто бродил здесь позавчера.

– Тогда пройдемте к дому, вот дорожка.

– Слушайте! Виктор замер.

Из дома послышался крик, затем другой, сдавленный, но ясно различимый. Мужчины бросились через окно в дом. Виктор зажег свой карманный фонарь. Две двери… Он распахнул одну из них и увидел на полу распростертое тело. В этот момент какой-то человек выбежал из соседней комнаты. Виктор устремился за ним, а Эдуэн остался наблюдать за второй дверью.

В окне комнаты Виктор заметил женский силуэт. Он направил туда луч фонаря и узнал красавицу блондинку из кинотеатра «Балтазар». Она тут же исчезла за окном. Он, в свою очередь, вскочил на подоконник, но его остановил голос главного инспектора. И сейчас же раздался выстрел и послышались стоны…

Он прибежал, чтобы поддержать падавшего Эдуэна. Человек, который стрелял, был уже в саду.

– Бегите за ним, – простонал инспектор, – со мной ничего… только плечо…

– Тогда отпустите меня, – попросил Виктор, тщетно пытаясь освободиться от крепких рук инспектоpa.

Он подтащил раненого к кушетке, положил его и хотел было преследовать беглецов, но тут же изменил свое намерение: время было упущено. Он склонился над человеком, недвижимо лежащим на полу. Это был папаша Ласко.

– Он мертв, – заключил Виктор после беглого осмотра. – Ошибки нет, он мертв…

– Грязное дело, – пробормотал Эдуэн. – А желтый конверт?

Виктор обшарил карманы убитого.

– Конверт есть, но вскрытый и пустой. Можно предположить, что папаша Ласко вытащил из него боны и спрятал их в другое место, но потом был вынужден отдать их кому-то.

– Никакой надписи на пакете?

Главный инспектор присвистнул.

– Нет, но есть фабричная марка «Гуссе, Страсбург».

– Так и есть! Страсбург… – продолжал Виктор. – Там и была совершена первая кража из банка. А теперь мы чуть не захватили пятого вора… Но этот тип не из простых. Если номера первый, второй, третий, четвертый действовали как простофили, то номер пятый заставляет нас быть начеку.

И он подумал о прекрасной незнакомке, которая была замешана в преступлении. Какую роль играла она в этой драме?

Прибежали разбуженные выстрелом соседи, в том числе и железнодорожник. У одного из них был дома телефон. Виктор попросил его известить о происшедшем комиссариат в Сен-Клу. Другой побежал за доктором, который, явившись, смог лишь констатировать смерть папаши Ласко, пораженного пулей в сердце. Эдуэн, рана которого оказалась не тяжелой, был отправлен в Париж.

Новость быстро распространилась, и когда Виктор вернулся в Бикок, он нашел павильон окруженным толпой и агентами. Следствие было возложено на парижскую полицию, и полицейские орудовали в саду и павильоне.