Читаем Канатная танцовщица полностью

Доротея внимательно рассматривала надпись на придорожном столбе и ответила, не оборачиваясь:

– А вот посмотри.

– Зачем смотреть: надо ехать направо. Я справлялся по карте.

– Нет, посмотри, – настойчиво повторила Доротея. – Видишь: «Шаньи – два километра».

– Что же тут странного? Это, верно, деревушка возле вчерашнего замка.

– Лучше прочти до конца. «Шаньи – два километра. Замок Роборэй». – И с каким-то трепетом Доротея несколько раз повторила последнее слово: – Роборэй. Роборэй.

– Значит, деревня называется Шаньи, а замок – Роборэй, – догадался Кантэн. – Но все-таки в чем дело?

– Ничего… Почти ничего, – ответила не сразу девушка.

– Нет, ты чем-то заинтригована.

– Так… Простое совпадение.

– Какое совпадение? С чем?

– С именем Роборэй.

– А именно?

– Это имя так врезалось в мою память. Я услыхала его при таких ужасных обстоятельствах.

– Каких?

Кантэн был не на шутку встревожен словами Доротеи. А она ушла в себя, задумалась, и скорбная складка легла между ее бровями.

– Ты знаешь, Кантэн, – сказала она наконец, – что мой папа умер от раны в Шартрском госпитале в начале войны. Меня вызвали к нему, но я не застала его в живых. Некоторые раненые, его соседи по койке, рассказывали мне об его последних минутах. Он бредил и все время повторял одно и то же слово: «Роборэй, Роборэй». Даже в агонии это слово не сходило с его уст: «Роборэй, Роборэй…»

– Да, – припомнил Кантэн, – я помню. Ты часто рассказывала мне про это.

– А потом, – продолжала Доротея задумчиво, – я долго ломала себе голову, что бы это могло означать. Я не знаю, что вспоминал перед смертью папа, а раненые уверяли, что он произносил это слово со страхом и тревогой. Теперь ты понимаешь, Кантэн, что, прочитав это слово на столбе и узнав, что так называется замок, я захотела…

Кантэн испуганно перебил Доротею:

– Неужто ты хочешь отправиться в замок?

– А почему не попробовать?

– О Доротея! Ведь это – безумие!

Девушка задумалась. Кантэн понимал, что она не отказалась от своего плана, и уж собирался привести ей новые доводы, чтобы во что бы то ни стало отговорить ее, как вдруг подбежали Кастор и Поллукс с неожиданным известием:

– Доротея, Доротея, сюда свернули три ярмарочных балагана!

Действительно, на дороге в Роборэй показались три пестрых фургона. Это были товарищи и конкуренты Доротеи. На одном из фургонов была надпись: «Черепашьи бега», на другом – «Тир», на третьем – «Игра в черепки».

Проходя мимо Доротеи, хозяин «Тира» вежливо поклонился и спросил:

– Вы тоже туда?

– Куда? – переспросила Доротея.

– В замок. Там сегодня устраивают народное гулянье. Если хотите, я могу занять для вас место.

– Да, да, пожалуйста. Спасибо, – ответила девушка.

Когда фургоны отъехали на порядочное расстояние, Доротея обернулась к Кантэну. Он был бледен как мертвец.

– Кантэн, что с тобой? Ты весь дрожишь, – воскликнула она невольно.

– Жандармы! Там! Смотри!

Из лесу показались два конных жандарма. Они проскакали мимо фургона и свернули на дорогу в замок, не обратив на Доротею и ее спутников никакого внимания.

– Видишь, – улыбнулась Доротея, – они совсем не думают о нас.

– Но они едут в замок.

– Так что? Там устраивают народное гулянье и двое жандармов нужны для порядка.

– А если в замке обнаружили кражу и позвонили в жандармерию?

– Едва ли. Пропажу заметят вечером, когда графиня начнет одеваться.

– Но все-таки, Доротея… Ради бога, не езди туда, – умолял испуганный Кантэн. – Увидишь, мы непременно попадем в ловушку. И потом этот тип, который прыгнул в яму… Он может меня узнать.

– Глупости. Ты был неузнаваем. Самое большее, что он может придумать, это арестовать огородное чучело в сюртуке и цилиндре.

– А если вдруг начнется обыск и у нас найдут серьги?

– Подбрось их в парк, в кусты. А я погадаю на картах, и дама отыщет пропажу. Мы будем иметь колоссальный успех.

– Но если случайно…

– Да замолчи ты! Если, если… Я хочу видеть замок, который зовется Роборэй, – и баста! Едем!

– Но я боюсь и за себя и за тебя!

– Оставайся.

Кантэн пожал плечами, задумался, потом щелкнул бичом и сказал решительно:

– Ладно. Будь что будет. Едем!

Замок Роборэй находился в самой живописной части департамента Ори недалеко от Домфрона. С восемнадцатого века он назывался Роборэем, а раньше его звали так же, как и соседнюю деревушку, Шаньи. Деревенская площадь Шаньи была как бы продолжением барского двора. И, если ворота замка бывали открыты, эта площадь казалась очень большой и просторной. В круглом внутреннем дворе были устроены солнечные часы и старинный каменный фонтан со скульптурами сирен и дельфинов.

Цирк Доротеи с музыкой проехал через деревню, то есть Кастор и Поллукс важно шагали перед фургоном и изо всех сил дули в медные трубы, стараясь выдуть из них как можно больше фальшивых нот. Кантэн тащил плакат с объявлением, что представление начнется в три часа, а Доротея стояла на крыше фургона и торжественно правила Кривой Вороной с таким видом, точно это была по крайней мере королевская колесница.

На площади уже стояло несколько фургонов и карет. Наскоро разбивали балаганы, ставили карусели, качели, игры…