Читаем Камень. Книга 2 полностью

— Прохор, а он точно «волкодавам» нормального инструктора пришлёт?

— Не сомневайся, Лёшка. — успокоил меня воспитатель. — Одно дело делаем. Никто в таких вопросах зажиматься не будет, не по-людски. Тем более, «волкодавы» от одного из нашихпострадали, вот и натаскаем.

— Не сильно это нам с тобой и Вике помогло против Колдуна. — хмыкнул я.

— Ну, Лёшка… — скривился Прохор. — Чем богаты, как говорится.

— Слушай, а сколько это обучение у них продлится?

— Две недели минимум, а там как пойдёт. Всё от природных данных зависит. Думаешь, Вяземская твоя просто так в Валькирии попала? Из-за крепкого доспеха? — Прохор хмыкнул. — Там её специалисты ещё и из Канцелярии тестировали как раз на врождённую устойчивость к такого вот рода воздействиям. Да и мы с товарищами все эти тесты проходили в твоём возрасте в силу специфики будущей деятельности. И видимо прошли.

— Понятно. — протянул я и вспомнил про деньги. — Держи. — положил перед ним пакет. — С дядьями сегодня сидел, мою долю от выигрыша на ставках мне отдали.

— И куда мне их девать? На счёт тебе положить или управляющему передать? — Прохор смотрел на меня непонимающе.

— Ты ведь всё равно от отца деньги берёшь? — он, замешкавшись, кивнул. — Вот и оставь на наши мелкие расходы. Лишними не будут.

— Хорошо. — кивнул воспитатель. — Какие планы на ближайшие дни?

Рассказал про завтрашнюю встречу в «Избе» с сестрами и университетскими друзьями. Затем про день первокурсника.

— Ты, самое главное, не забудь про пятничную тренировку в Ясенево. — подвёл итог Прохор.

— По Решетовой соскучился? — не удержался я.

Прохор сразу нахмурился, но кивнул.

Перед тем, как пойти в соседнюю квартиру к Вике, час посветил подготовке к завтрашним занятиям, а именно предмету под названием «История государства и права Российской Империи», где основной упор делался на изучение становления государственности на Руси с древних времён по настоящее время, и сопровождение этого становления официальными документами, которые сегодня называли правовыми. Больше всего убивало в этом предмете одно — приходилось запоминать большое количество дат, а помогало другое — экзамен по общей истории Российской Империи при поступлении в Университет, где эти даты, так или иначе, присутствовали при описании важных исторических событий. В следующем семестре нам обещали предмет под названием «История государства и права зарубежных Империй», так что вот уж там мы, видимо, должны будем напрячь свою память на все 100 процентов точно.

Вика ждала меня уже в постели, и описала своё сегодняшнее скучное дежурство. Не забыла она проведать и своих девушек, живущих, с её слов, достаточно компактно, в одном ведомственном доме.

— Решетова не знает куда фрукты девать. — хихикнула Вика, когда начала описывать свой визит к своей подчиненной. — Даже мне пакет с яблоками и апельсинами пыталась на дорожку всучить. Думаю, ты догадываешься, кто её от авитаминоза спасает?

— Неужели Прохор? — сделал я круглые глаза.

— Не прикидывайся, Пожарский! — пихнула меня в бок Вяземская. — У твоего воспитателя, между прочим, серьёзные чувства! А тут такой повод.

— Как думаешь, добьётся он взаимности? — уже серьёзно спросил я. — Переживаю за него…

— Лёшка, мы, бабы, перед такими настойчивыми ухаживаниями обычно бессильны! — Вика лукаво улыбнулась. — Даже влюбляемся в своих воздыхателей, или позволяем их себя любить. Вопрос в другом. Что последует за этим? Может мы разочаруемся в принце, или принц разочаруется в нас? Или этот принц окажется подлецом, который завоевал нас назло, после нашего первого отказа? Всякое бывает, на разное насмотрелась. Решетова вроде девка серьёзная, с прошлого места службы и с училища отзывы сугубо положительные, а тут Москва! Крыша поехать может у любой. А Прохора в мужья вообще любой бабе не глядя надо брать, особенно после того, как он тебя воспитал, разгильдяя малолетнего!

— За малолетнего признаю. — улыбался я. — А вот насчёт разгильдяя…

— Ладно, ладно! — опять захихикала Вика. — Это я так, для красного словца! Ты лучше всех, Пожарский! Сомнений нет!

— Слышу отчётливый сарказм! — отодвинулся я от девушки.

— Зуб даю! — она обняла меня. — И сейчас ты мне это докажешь делом!

— С большим нашим удовольствием!

Сашка Петров уже по традиции приехал ко мне раньше, и принялся рассказывать, как он пишет портрет моего деда. Но перед этим его пристально оглядел Прохор.

— Александр, я доволен твоим внешним видом! — прокомментировал этот самый внешний вид мой воспитатель.

И действительно, выглядел дружок отменно — тёмно-коричневый костюм-тройка в крупную клетку, белоснежная рубашка, шейный платок в цвет костюма и лакированные туфли, в которых можно было увидеть своё отражение… Хоть и основной Сашкин гардероб только шился, но, по заверениям моего воспитателя, в мастерской ему подобрали достойные вещи из готовой продукции.

— Спасибо, Прохор. — кивнул Сашка. — Мне и самому нравится.

— Обращайся. — мой воспитатель ещё раз удовлетворённо оглядел Петрова, и удалился в кабинет.

Мы же остались в гостиной.