Читаем Камень Грёз полностью

Донал знал, что господин Киран послал с ним добрых воинов: и впрямь они обескураживали его своим опытом, делая правильно то, о чем он лишь собирался сказать, и угадывая все заранее, прежде чем он сам успевал догадаться, ибо они были много старше его, а особенно Бок. «Послан, чтобы наблюдать за мной», – думал Донал, все больше ощущая, что они не нуждаются в нем, но никто и словом не обмолвился об этом. Поэтому он делал лишь краткие замечания и примечал каждое их движение, каждый поворот головы, которые будто говорили ему: «Да, мальчик, да, а мы все ждали, когда ты скажешь это» или «Нет, мальчик, мы бы не советовали».

Он взирал на это путешествие с большей уверенностью утром при свете солнца, прощаясь с Кер Веллом и будучи еще далеко от болотистых смрадных берегов Лиэслина. Теперь он думал, что взял на себя слишком много. Он заметил это при прощании и во взгляде Барка – холодную оценку, как на учениях.

«Что ж, мальчик, попробуй, – не раз говорил ему Барк, – выиграй или проиграй, а если ты и впрямь величайший глупец в мире, пусть мир узнает об этом».

Лягушки затихли от чавканья копыт. Что-то нырнуло со всплеском, и лошадям это не понравилось. Каким-то образом, не то из-за упрямства его лошади, не то из-за чего-то другого, все остановились, ибо он ехал впереди, хоть Бок и знал эту местность лучше, должен был знать, ибо Бок здесь уже бывал, в отличие от него. И все же он возглавлял их и поэтому ехал впереди, напрягая зрение и все другие чувства и, вероятно, догадываясь, что здесь им следовало бы не ехать верхом, но идти, ведя лошадей за собой.

Оно было древним, это место. О том говорили легенды, но и сам Донал ощущал всем нутром, что озера стоило остерегаться. Он вспомнил о водяных лошадях, о русалках и прочем: где же резвиться фиатас, как не в Лиэслине среди камышей и мха? Здесь могут быть и водяные, и привидения, всплывающие с шорохом из болот с протянутыми руками.

Что-то прошелестело мимо и нырнуло с громким всплеском. Лошадь Донала шарахнулась в сторону и приготовилась к прыжку; с остановившимся сердцем он пришпорил ее и попытался вздохнуть.

– Только богам известно, что это было, – промолвил Бок.

– Поедем, – ответил Донал. И холод пробежал у него по спине, нижняя челюсть тряслась. – Держитесь вместе. Здесь слишком топко, для того чтобы отбиваться в сторону.

– Я слежу, – откликнулся сзади полушепотом Бром.

– И подумать только, – сказал Бок, – что это называлось когда-то дорогой.

– Озеро поднялось, – заметил Донал, – или я сбился с пути. – Он пристально всматривался во тьму, где громоздились холмы в еще большем мраке, чем тот, что окружал их. – Наверное, нам туда.

– Дай бог, – пробормотал Бок.

Близость холмов заставляла Донала подгонять лошадей, и он с трудом удерживал себя, чтобы не нарушать их медленный и терпеливый шаг. То и дело до них долетали всплески и фырканье кого-то, плававшего в воде.

Все молчали. Копыта скользили и чавкали по грязи. Лошади храпели, все ближе подходя к раздвоенной скале, видневшейся перед ними. Почва начала становиться плотнее, а шаги увереннее, и вот смутно во тьме возник межевой знак из наваленных камней.

– Мы выбрались, – промолвил Бок.

– Да, не хотел бы я здесь становиться лагерем, – сказал Донал, чувствуя, что его лошадь идет из последних сил. – По-моему, лучше сменить лошадей и поскорее выбраться отсюда.

– Да, – серьезно откликнулся Бок.

И они так и сделали, и Донал пустил по кругу вино, которое ему прислала Бранвин.

– Это прежде всего, – промолвил Донал и почувствовал, как все приободрились, когда снова сели на лошадей и въехали в ущелье.

– Господин, – сказал Барк, и Киран взглянул на него из тьмы, в которой они сидели возле источника. Остальные спали или делали вид, что спят, даже юноша на карауле.

– Я позволил мальчику лечь, – ответил Киран. – Ложись и ты; я разбужу Боду, если будет нужда.

– Я обещал…

– …Бранвин. Да. Быть рядом со мной. – Киран нахмурился, ибо Барк сидел перед ним непоколебимый, как скала. – Мне не нужна сиделка, старый волк.

– Тогда ложись, мой господин.

– Ты надоел мне, Барк. Если… – Его охватила дрожь, которую он безуспешно попытался сдержать. Земля оделась предутренней дымкой, и серые пятна зла были вотканы в нее. Встало солнце.

– Господин? – Барк сидел, сжав руки, готовый к любому безумию.

– Солнце в Элде, Барк. Это время, когда все имеет наибольшую власть. Но как холодно. Холодно. Она сказала, что эти земли вернулись назад. Они были потеряны для Элда и каким-то образом снова вернулись к нему.

– Как вернулись?

– Если бы я знал, – Киран снова ощутил холод и прикоснулся к камню, скрытому под воротником. Он закрыл глаза, пытаясь разглядеть что-нибудь в дымке своим иным зрением. Камень был холодным, как лед, в его руке. – Я отрезан со всех сторон. Это пугает меня, Барк. Даже ей было страшно. «Деревья», – сказала она, словно Ши могут испугать деревья. Но это призраки. И я не вижу сквозь них. Наверное, и она не видит.

– Забудь об этом, господин.

– И спать?

– Позволь мне поднять людей. Мы отправимся в путь и доставим тебя домой.