Читаем Как писать книги полностью

Нет, раз запятая, значит — «важный» не подлежащее. Подлежащего вообще нет, выпало. Пришел — одно предложение, важный — другое. Важный — это настолько важно, что выделено в отдельное предложение. «Пришел (он)», «важный (нахал, гусь, тип)». Или даже можно предположить, что выпущено: «вообразил о себе, будто он важный тип». Очень много что выпущено и заменено запятой. И эту запятую поставили вы, автор. И если корректор вам ее уберет — можете поспорить. В крайнем случае сойдитесь на замене «важный такой»: «пришел, важный такой».

Думаю вот о слове «важный» в приведенном примере. А если это не второе предложение, тоже очень неполное, если это второе сказуемое, очень извращенно выраженное прилагательным? То есть употреблено «важный» вместо «важничает»? Знатоки грамматики, кто найдет справку и даст правильную трактовку? Нарочно не иду искать в учебниках, оставляю свой ход мыслей неотредактированным. Но в любом случае такая реплика — разговорная и очень эмоционально насыщенная. Что создано одной только запятой. Нужна здесь запятая? Правильно здесь стоит запятая? Сколько разных мыслей из-за одной запятой…

Иногда писатели, имитируя разговорную речь, злоупотребляют многоточиями. Особенно если у них говорит какой-нибудь умирающий. «Отдай… мои вещи… друзьям… похорони… меня… под березой…» и так далее, еще на абзац. Читать утомительно. Многоточие в прямой речи встречается чаще, чем в авторской, это да, но злоупотреблять все равно не стоит. Для имитации прерывистой речи, тем более умирающего, не надо отделять каждое слово. Лучше сократите длинную фразу, а многоточий достаточно двух, ну трех. То же самое касается восклицательных знаков. Лучше поменьше. Но в прямой речи их определенно больше, чем в авторской. Я не люблю, когда после вопросительного знака стоит еще восклицательный, не люблю двух и трех восклицательных знаков подряд. Создавайте сильные эмоции с помощью подбора слов и их порядка, а не с помощью знаков. (Еще и смайлики поставьте, совсем хорошо будет. Скоро закадровый смех начнут в книги вставлять). Для передачи эмоции и интонации вполне достаточно одного знака. Выше я нарушила собственный запрет, когда вопросила: «Это что же?! Запятая между подлежащим и сказуемым?». Нарочно нарушила. Потому что когда ситуация вопиет — вопиет по-настоящему, а не каждые три страницы, — тогда можно… и даже нужно. Но ограничивайте себя, тогда эффект будет сильнее.

Я читала об одном выступлении Эдит Пиаф. Она вышла на сцену в свитере с недовязанным рукавом. И все время держала руки под шалью. А потом вдруг наступил кульминационный момент в песне, она забыла обо всем и взмахнула руками. Шаль упала, одна рука в рукаве, другая без рукава — но море оваций… Так и с эмоциональными средствами нужно, только когда совсем уж все рвется наружу — тогда да, обо всем забывайте. На миг. Потом опять начинайте строго себя контролировать.

Важна внешность героя. Вообще внешность человека важна.

Неправы те, кто говорит, будто главное в человеке — душа, а как он выглядит — неважно. Нет, душа всегда проступит сквозь внешность, это исследовано в «Портрете Дориана Грэя», и Уайльд абсолютно прав. Только в юности можно иметь уродливую душу и красивое тело, но длится это недолго. А для героя романа и подавно, ведь автор видит его насквозь.

При описании внешности лучше постараться избегать ситуации, напоминающей полицейскую (написала «милицейскую», но исправилась!) ориентировку: рост средний, сложение тучное, лоб низкий, глаза серые, близко посаженные… Не надо перечислять все внешние признаки, возьмите самые характерные. Интонация, с которой вы опишете оттопыренные уши героя или его темные глаза, даст читателю подсказку: хороший это парень или злой. Может быть, он герой такой геройский, а оттопыренные смешные уши придают ему человечность? Дайте читателю намек, еле заметный. Читатель уловит.

Описание внешности героя время от времени (если роман большой) можно повторять. Читатель успевает забыть некоторые вещи. Поэтому если на странице пятьдесят ваш герой не просто сощурит глаза, а сощурит зеленые глаза, то это неплохо. Хотя увлекаться не стоит. На пятом напоминании читатель закричит: «Да помню, помню! Зеленые!»

В описании героев (как и вообще в описаниях) мы избегаем оценочных слов, вроде — красивый, изумительно хорош собой и т. п. Знаю, так пишут, я и сама так пишу время от времени. Но для того, чтобы читатель восхитился, не надо ему заранее говорить: эй, ты! А ну, быстро восхитился моей дамой, не то мой меч — твоя голова с плеч!

Кстати, поэтому я страшно удивилась, когда прочитала у Достоевского, что «молодой человек (Раскольников) был замечательно хорош собой». Ни фига себе, думаю, классик! Совсем наш человек!