Читаем Каблограмма полностью

Книга Омара – о коммуникации и о её невозможности. Автор (или кто за него) вслушивается в голоса малых сих, но, кажется, не различает речи. Не потому что его слух недостаточно хорош, тем более не потому, что он прилагает недостаточно усилий. Просто «рядом мигает немое кино / и вырваться невозможно», соблазн чистого видения не то, чтобы слишком велик, а просто «варварская роспись дня» застит, вспыхивает заново, «не пройдёт и недели». Там, где «родители хотели стать разведчиками», увидеть, дети оказываются «спутниковыми наводчиками / матерными переводчиками», то есть, их зрение и едва обретённая речь сужаются до небольших секторов. Внуки и вовсе шастают «по окраинам / завывающих руин эпохи раннего / каннибализма постиндустриального сверхточечного». Проект распознавания образов и превращения их в речь терпит неудачу, возвращаясь в до-речевое, тёмное, воющее пространство: в панкеевский детский сон, к игрушечным, но зрячим, видящим тебя, и оттого бесконечно страшным волкам Мандельштама.

Первая попытка, предпринятая в 1857 году, окончилась неудачей. Кабель, который прокладывали специально оборудованные для этой цели корабли «Ниагара» и «Агамемнон», порвался сначала в первый же день, а потом, после ремонта, оборвался снова на глубине в 3 200 метров. Предприятие было отложено на год. Следующим летом, после ряда экспериментов в Бискайском заливе оба корабля снова вышли в море с тем, чтобы встретиться в центре Атлантики. 26 июня кабель снова порвался – в первый раз на расстоянии пяти с половиной километров, затем во второй раз, – когда было пройдено уже сто километров и, наконец, в третий – на расстоянии трёхсот семидесяти километров от берега. Корабли вернулись к месту дислокации чтобы предпринять ещё одну попытку, которая увенчалась успехом в десятых числах августа. Шестнадцатого числа королева Виктория послала президенту США Джеймсу Бьюкенену поздравительную телеграмму, вкоторой выражалась надежда на укрепление связи между нациями, «чья дружба основана на общих интересах и взаимном уважении». Президент в ответной телеграмме отметил, что прокладка трансатлантического кабеля – «это триумф более важный, нежели любой из тех, что были завоеваны оружием, поскольку он более важен для человечества». «Пусть трансатлантический телеграф (да благословят его Небеса), – писал Бьюкенен, – свяжет родственные нации узами вечного мира и дружбы, станет инструментом Божественного Провидения в деле распространения религии, цивилизации, свободы и закона по всему миру».