Читаем К Богодержавию… полностью

Церкви не могут знаменовать, что Божье предопределение было именно однозначно таково и, что Всемогущему и Милосердному “жертвы” готовности от Иисуса не было достаточно, но необходима была казнь Христа в яви. О Голгофе в её Новозаветном описании, как о средстве спасения для остального населения Земли (помимо Иисуса), — разговор особый.

После Авраама, задолго до первого пришествия Христа, Бог порицал иудеев за пролитие ими невинной крови вообще (Иеремия, 7:6) и за убийства людей в жертвоприношениях в ложно измышленных ими культах, — в особенности (Иеремия, 7:31; Иезекииль, 16:20, 21). Это прямо названо мерзостью и осквернением (Иеремия, 7:30) святого места, определенного Богом для молитвы Ему.

И в воздаяние иудеям в случае, если они сами не исправят путей своих и деяний своих, Бог обещал мерзавцам геноцид и изгнание из Палестины (Иеремия, гл. 7, 8 — в частности). Из этого можно понять, что учение о принятии Богом Иисуса в качестве жертвы умилостивления от тогдашнего общества стирает различие между Богом Истинным, Всемогущим, Милосердным и ложными богами и идолами, культы которых Он порицал еще в древности.

Но более того: традиционные культы жертвоприношений требуют непорочности жертвенного; Бог же в Его милосердии, сверх порицаний за жертвенные убийства непорочных, выразил Высочайшее неудовольствие (термин в прошлом использовался царями не по праву и не по достоинству) даже за убийство Ильей-пророком — по его произволу — неоспоримо порочных служителей Ваала (3 кн. Царств, 8:40, 19:1 — 12). Объяснение этого у Иезекииля в гл. 3:17 — 21 без всяких ссылок на неисповедимость промысла Божьего. Смысл разъяснения Иезекииля — в пересказе:

Бог милостив, и, во исполнение на Земле Его милости, на праведнике лежит долг вразумления заблудших, чтобы те тоже вошли в праведность, вразумившись. В противном случае, уклоняющийся от вразумления заблудших праведник — утрачивает прежнюю праведность, а на нём лежит вина за заблуждение тех, кого он лишил вразумления, будучи все еще носителем истинного знания.

По существу, это — ветхозаветное осуждение эзотеризма и попыток снискать индивидуально праведность теми, кто игнорирует объективную греховность культуры и всего жизненного уклада общества, в котором им предоставлено жить.

Соответственно этому, убийство праведника противно Богу, ибо лишает многих заблудших вразумления, оставляя их под бременем грехов; убийство же заблудших по личной отсебятине, без прямого Божьего повеления, лишает их души срока земной жизни, в течение которой те, вразумившись, могли бы войти в праведность. И в полном согласии со сказанным у Иезекииля (3:17 — 21) — дважды приводимые у Матфея слова: «Милости хочу, а не жертвы.» Приводившиеся же выдержки из Посланий апостолов Петра и Павла молчаливо отрицают переданное Христом это пожелание Божие людям, чтобы тем на Земле быть милостивыми, дабы быть в ладу с Ним; — будто Бог — как человек с двоящимися мыслями, у которого семь пятниц на неделе, беспамятство и бессмысленность бытия: вчера порицал за убийства праведных и хотел милосердия от людей — сегодня предопределил праведника в жертву, забыв о своем милосердии.

Естественно, что Премудрость Соломона (переведена на русский с греческого), в которой прямо предупреждается, что жаждущие распятия Христа падут жертвой ослепления своей же злобой, также исключена из еврейского канона священного писания и “стандартной” западной Библии.