Читаем Извращенные Эмоции (ЛП) полностью

— Нино? — я потянулась к его груди, провела по ней пальцами, затем опустилась ниже.

Он не сводил с меня глаз, но когда я обхватила пальцами его член, его рука опустилась на них, и он наклонился вперед, его рот коснулся моего уха.

— Если я трахну тебя сейчас, то только у этой стены. Это будет жёстко и быстро, и ничего похожего на прошлый раз. Ничего подобного ты не хочешь. Ничего подобного тебе не нужно.

Я вздрогнула от скрытой угрозы в его голосе. Я посмотрела ему в глаза, и они снова изменились между гневом и абсолютным спокойствием. Я ничего не понимала. Неужели бой так сильно его сковал? Римо и Савио были ошеломлены его поведением, так что это случалось не в каждом бою.

— Ты не причинишь мне вреда.

Он глубоко вздохнул, тяжело дыша, и закрыл глаза. Платье прилипло к телу, ноги заплывали, но я оставалась на месте, рядом с Нино, который сражался с демонами, вызванными боем. Его дыхание замедлилось, и его рука ослабла, пока он наконец не отпустил меня полностью.

Я держала пальцы вокруг его эрекции и слегка провела большим пальцем по шелковистому кончику. Нино резко открыл глаза, но на этот раз не остановил меня. Я медленно двигала рукой вверх и вниз, не сильно и не быстро, пытаясь дать ему утешение и не позволить этому стать его выходом для насилия, нависшего над его телом.

Он взял себя в руки, положил руки по обе стороны от моей головы и посмотрел на меня полузакрытыми глазами. Он покачивал бедрами, в такт моим движениям, и, в конце концов, напряжение немного спало. Его дыхание стало глубже, когда я потерла его, и, используя вторую руку обхватывая его яйца, он глубоко вздохнул и закачался еще быстрее.

Мне хотелось утешить его, показать, что я рядом. Нино опустил голову, и я наклонила свою, встречаясь с его губами для поцелуя. Он был нежным, неторопливым и упоительно медленным. Никакого гнева или насилия, только красивая чувственность. Мое собственное тело ответило на поцелуй, и ощущение Нино исчезло под моими прикосновениями. Его движения стали менее контролируемыми и поцелуй более страстным, а затем его тело напряглось, и он застонал у моих губ. Он дернулся в моей руке, его глаза закрылись.

Я продолжала гладить его, и он долго не двигался, его лоб слегка прижимался к моему, грудь тяжело вздымалась. Я отпустила «его» и вода смыла все следы наших соков. Нино снова открыл глаза, и выражение его лица вернулось к знакомому спокойствию. Я разрывалась между желанием пропустить его более расстроенную версию, которую он никогда не показывал раньше, и облегчением, что Нино не потерял ее полностью. Он выпрямился, лишая меня тепла. Выключив воду, его глаза скользили по мне.

— Ты не можешь выйти из раздевалки в мокрой одежде, — сказал он, как ни в чем не бывало.

Я всматривалась в его лицо, в поисках намека на что-то, но он ответил мне пристальным, зловещим взглядом. Он вышел из душа и взял два полотенца.

— Наверное, будет лучше, если ты разденешься и обсохнешь. Я оденусь и посмотрю, смогу ли найти одежду для тебя.

Молча кивнув, я взяла полотенце и обернула им свои кудри, чтобы они не капали. Я стянула с себя промокшее платье. Несмотря на его слова, Нино не ушел и не двинулся с места, чтобы одеться. Вместо этого он смотрел, как я снимаю платье и нижнее белье.

— Нино, с тобой все в порядке? Ты был в отключке после боя.

— Я в порядке, — пробормотал он, наконец, вытерся и оделся. — Вернусь через несколько минут.

— Если кто-нибудь войдет? — я спросила, намек на беспокойство проникает в мой голос.

Нино покачал головой.

— Никто не посмеет войти. Доверься мне. Я ненадолго.

Он исчез, и я обернулась другим полотенцем, глядя на красную кучу у своих ног. Что на Нино нашло? Как и обещал, он вернулся через несколько минут, с джинсами и простой черной футболкой.

— У официанток Роджера имеется запасная одежда на случай, если они что-нибудь прольют.

Я взяла одежду и надела ее. Они были мне великоваты, но, по крайней мере, пахли чистотой и сухостью. Я съежилась, думая, что скажут люди, если я выйду в другой одежде.

— Тебя что-то беспокоит, — сказал Нино, подходя ближе и сдвинув брови.

— Меня беспокоит, что люди подумают обо мне.

Он схватил меня за талию и притянул к себе.

— Они подумают, что ты подарила своему мужу приз за победу.

Мои щеки запылали.

— Да, именно.

— И? — тихо спросил он, все еще со странным выражением в глазах. Он укусил меня за горло, потом за ухо. — Ты моя жена.

Мои ресницы затрепетали, и я выдохнула. Я уже снова возбудилась. Он поднял с пола мое платье, отжал его и положил в сумку, прежде чем взять меня за руку. Свободной рукой, я взяла скользкие каблуки и босиком последовала за Нино из раздевалки. Большинство людей уже покинули бар, но все, кто был там, уставились на нас.

Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не склонить голову под их пристальным взглядом. Присутствие Нино помогло. Конечно, он выглядел совершенно невозмутимым.