Читаем Изнанка Истины полностью

Пару мгновений всё было тихо. А затем послышался тихий скрежет хорошо смазанных деталей, и над бездной одна за другой «всплыли» на невидимых механизмах широкие металлические пластины, формируя сегменты моста. На дальнем его конце маячили три коренастые фигуры в доспехах, украшенных аметистами. Ближний стражник — очевидно, старший — уже грозно насупил брови, явно собираясь положенным образом поинтересоваться, кто мы такие и что забыли здесь. Внезапно он вытаращил глаза, словно увидел привидение, и судорожно схватил наизготовку гизарму, едва не выронив её из рук.

— Т-торгрин? — пробормотал он.

— Твоего саггара!…  Веддер! — напустился на него вместо приветствия гном. — Вы там что, эля перепились? А если б это Тобину вздумалось подойти с той стороны и проверить, что делает его стража? Отправил бы гонять скагарров — и то, если б вам очень свезло!…

— Т-так…  Дэра Тобина уже давно здесь нет…  — сглотнув, зачастил стражник. — И ты…  Все думали, тебя убили…  Тогда, на войне…

— Да нет, жив, как видишь…  — Торгрин едко ухмыльнулся. — А вы-то вообще что тут делаете? Сколько помню, мостом всегда управляли Вастовы «молчуны»! И, дхайне, делали это не в пример расторопнее…

— Нынче другие времена.

На пороге караульной башни появился гном постарше, с окладистой пегой бородой и цепкими глазами, взгляд которых мне почему-то сразу не понравился.

— Нежить из глубин то и дело пытается заглянуть «на огонёк». «Молчуны» не справляются, Торгрин — только солдаты. Стража теперь на всех входах и выходах — даже в мастерских…  Сколько лет прошло?

— Восемь, — произнёс Торгрин, делая шаг навстречу. — Здравствуй, Ламар.

— Дхайне табия! — Гном, названный Ламаром, сошёл с крыльца и заключил Тора в крепкие объятия. — Мы ведь давно похоронили тебя, скагарров ты сын! Васта чуть с ума не сошла от горя…

И опять тревожное чувство царапнуло душу: его слова звучали безупречно тепло, но шли не от души…

— А старик? — Торгрин отстранился, пытливо взглянув ему в лицо. — Небось, не преминул заметить, что он так и знал…

— … что этот полудурок сложит свою голову ни за дхайне мэрдо, — кивнул Ламар. — А потом сам всё забросил и подался в очередную блажь — не прошло и полгода со дня твоих официальных похорон.

— А Молот теперь у кого? — поинтересовался Торгрин.

— У Грида. — Мне показалось, что гном чуть промедлил с ответом. — В цепи наследования он шёл за тобой. Будешь оспаривать своё право?

— Посмотрим, — Торгрин неопределённо отмахнулся. — Так где, говоришь, Тобин теперь?

— Саггар его знает…  — Ламар пожал плечами. — Вроде, где-то на Широких Равнинах, учит орков кузнечному мастерству.

— Орков?! — изумился Тор.

Ламар снисходительно фыркнул.

— Ты же знаешь, он всегда был Мастером Мастеров. И при этом шестерёнки в его голове всегда вертелись как-то по особому…  Впрочем, поговори-ка с Вастой. Она сама всё расскажет тебе…

Возвращение Торгрина в родные края не прошло незамеченным. Пока мы успели добраться к дому, в котором проживали его ближайшие родичи, должно быть, каждый встреченный нами по дороге гном вначале в изумлении застывал, затем всплескивал руками и с радостным воплем торопился сжать его в медвежьих объятиях. Моложавые близнецы, бдительно следившие за тем, как диковинные механизмы обрабатывают мох на специальных каменных «полях», оказались его троюродными дядьями. Три девицы, наполнявшие у огромного водяного колеса самоходные бадьи на колёсах, с визгом повисли у Тора на шее — они приходились ему племянницами. Совсем старый дедок, что на радостях пустился в пляс, отшвырнув подальше свою механическую клюку, как выяснилось, был мужем родной сестры его бабушки и помнил нашего гнома ещё младенцем…

— Сколько же у тебя родни и как все вы держитесь друг друга! — восхитилась Тира.

— А как же иначе? — искренне удивился гном, представляя нам очередного сияющего от счастья родственника. — На то ведь и Дом. Ты со всеми, и все с тобой…  Иначе в горах не прожить.

Мне снова вспомнился неприятный взгляд Ламара. Его с нами уже не было — он верхом на скагарре поторопился обратно домой, чтобы подготовить к «воскрешению» Торгрина домочадцев. Интересно, а кем он приходится нашему гному? И снова показалось, что я упускаю какую-то важную деталь…

— А этот Ламар? Кто он тебе? Брат? — словно читая мои мысли, поинтересовался Альтар.

— Нет, — Торгрин покачал головой. — Младший брат покойного отца — сталбыть, мой дядька.

— А что за Молот ты должен был унаследовать? — тут же подхватила и развила Тира мысль. — Символ власти? Так ты у нас, выходит, тоже королевских кровей?

— У Народа Гор нет королей! — нахмурился Торгрин. — У каждого из Домов есть глава, который руководит его жизнью и представляет его в Зале Мастеров. Но это не король, а Мастер, непременно лучший в каком-нибудь своём деле…

— А при чём тут тогда наследование? — недоумённо спросил Антонио.

Торгрин хмыкнул — эта тема явно ему не нравилась, однако терпеливо пояснил, опустив даже обычные в таком случае бранные слова: