Читаем Изменить этот мир полностью

Дождевые червячки, выгнанные водой из своих укромных норок, в изнеможении валялись тут и там. Их бедные умирающие тельца иногда еще пытались сопротивляться, но в основном это были лишь жалкие потуги. Инстинкт боролся за выживание, а силы уже кончались – их хватало на пару-тройку дерганых движений, которые могли символизировать агонию, а не битву за жизнь. После вчерашнего потопа червяки гибли десятками, если не сотнями, а сколько их еще осталось под землей? Тысячи? Очень часто, можно сказать – после каждого дождя, в голове возникал вопрос: как дождевым червякам вообще удается существовать? Ведь, умирая в таких количествах от обычного дождя, который бывает совсем нередко, особенно осенью или весной, как-нибудь можно и не успеть восполнить потери. А ведь это еще не считая естественных хищников, да и неестественных тоже – например, рыбаков, которые не прочь лишить жизни еще сотню-другую червей. В голове это укладывалось с трудом. Похоже, естественный отбор очень хорошо поработал с червями. Выживаемость их вида могла вызывать только уважение.

Дождь так и не прекращался, а к трупикам червей уже устремились жители пернатого царства. В природе ничего не пропадает, все для чего-нибудь. Сейчас пришла очередь червей помочь выживаемости птичьего вида. Трясогузки весело бегали, потряхивая своими хвостикам и старательно отбирая наиболее аппетитных червей.

Все едят червей – птицы едят, рыбы едят, лягушки едят, некоторые животные едят, даже пауки едят. Я сам как-то, экспериментируя, скормил пауку по частям довольно крупного червя. Жаль было червя, но эксперимент требовал жертв. Вот какой полезное создание этот червяк. Не то что некоторые.

Главный бич огородов – это гусеницы и слизняки. Гусениц легко собирать, почти не противно, да и к тому же у них есть два полезных свойства: они являются пищей для птиц, а выжившие превращаются в живые цветы этого мира – бабочек. А вот от слизняков почти никакой пользы – по-моему, их способны есть только кукушки, больше ни про кого не слышал такого. Остальные птицы их на дух не переносят. Паук, которому я засунул слизняка в паутину, попробовав его укусить, тут же отскочил и принялся долго и тщательно вытирать свои жвала, а слизняк, пользуясь своими соплями, точнее, слизью, совершенно спокойно эту паутину покинул. Ужасные существа эти слизняки. Странно, что многие люди, обзываясь, ссылаются на вполне благородных и достойных животных. То собакой обзовут (что в этом плохого?), то шакалом. А шакал чем хуже? Замечательное животное, своих уважает, в подлости не замечен, притом умный и находчивый зверь. Я бы только гордился, если бы меня называли шакалом. Вот козел, свинья, баран – это уже похуже. Но мне кажется, что если ты хочешь унизить другого человека, то лучшего обзывательства, чем слизняк, найти невозможно. Тех, кого убиваю я, тоже можно назвать слизняками этого мира. Закон их не трогает – больше испачкаешься, чем получишь пользы, люди игнорируют (если это не касается конкретно их), боясь замараться. Этому миру они нужны, как рыбе зонтик. Так что вполне возможно, что тех, кого я убиваю, и еретиками-то называть не стоит. Слизняки они, никчемные бесполезные твари, которых обычно просто истребляют с помощью химикатов. Я не могу применять химикаты, но постараюсь использовать все возможные средства, чтобы освободить этот мир от человеческих слизняков.

Вскоре мне надоело бродить по участку, и я отправился в дом. Пора было собираться. Каждая минута промедления – это дополнительный десяток машин на дороге. Такой вывод не способствовал долгим сборам, поэтому я сразу засобирался еще быстрее. Набрав пару сумок, состоящих из молока, творога и сметаны, я загрузился в машину и, попрощавшись, отправился в путь.

Мелкие деревенские дорожки преодолелись быстро, но как только я ввинтился в оживленное движение большого шоссе, то грустные предположения оправдались – дорога была уже порядочно забита. Что же будет еще часа через два?

Монотонная дорога… Ни прибавить, ни обогнать. Через некоторое время эта монотонность начинает сказываться на внимании и реакции, глаза слипаются, сон пытается избавить меня от дневных проблем… Очнувшись, я в последний момент сумел затормозить перед впереди идущей машиной.

– Фух. – Я аж весь похолодел, покрывшись мелким холодным потом.