– Вот видите. Если бы дали слово – вы ушли бы беспрепятственно, слово свое, в отличие от тех же евреев, они всегда держат. Ладно, этот момент как раз непринципиален, просто запомните на будущее. Они, в принципе, могли взять вас на абордаж сразу же, но не стали – зачем-то решили придать делу видимость приличия.

– Сэр, но что теперь…

– Что делать? А ничего. Подумайте сами, лейтенант, что мы сейчас сможем сделать? И что им мы сможем, формально, предъявить? Не стоило связываться с русскими… Впрочем, это не слишком важно – в любом случае, задача-минимум выполнена, арабы у нас в руках, а значит, операцию можно считать закончившейся успешно. Просто запомним и, при случае, предъявим счет, а пока что стоит промолчать.

Глава 3

Особенности локальных войн

«…Неизвестный корабль! Немедленно остановиться, сообщить свое название и порт приписки и готовиться к приему таможенного инспектора…» – в третий уже раз пропищал динамик. Соломин зевнул и спросил у Андрея:

– Как думаешь, это автоматика или там живой человек сидит и горло нагружает?

– А пес их знает, капитан. Я здесь раньше не бывал, так что местных обычаев не знаю, все может быть. Хотя, конечно, зная, кто живет на этой планете, голосовал бы за живого исполнителя – они плодятся, как кролики, поэтому человек обходится дешевле автоматики.

– Думаешь? Странно, у нас на рудниках народу не хватает, а здесь их девать некуда – нерационально как-то. Может, поправить положение?

– Слушайте, не вживайтесь так уж сильно в образ. Я, конечно, все понимаю, но вы же офицер…

– Я пират, хе-хе, и мне так себя вести положено.

– Вот с ними и ведите, а перед своими могли бы и без солдафонских шуточек обойтись.

– Да ладно тебе, у меня чувство юмора такое.

Андрей шутки не принял, отвернулся и принялся мрачно смотреть на экран. Все-таки предположение Соломина оказалось верным – парень и впрямь был еще очень молод, в серьезных делах еще явно не участвовал и о том, что только полный идиот рискнет причинить вред русскому, знал исключительно теоретически. А когда непосредственно за спиной данного конкретного русского боевой корабль, висящий на орбите, то, даже для того, чтобы косо посмотреть в его сторону, надо быть идиотом в квадрате. Однако теория теорией, а мандраж у Андрея чувствовался, и грубоватые шуточки, которыми Соломин пытался его подбодрить, с завидной регулярностью пролетали мимо цели. Ничего, через пару лет парня придется лечить уже не от мандража, а от излишней лихости, но сейчас до этого было так же далеко, как до Луны задним ходом. Ничего, главное – ввязаться в бой, а там само пойдет, не зря же парня держава готовила.

Капитан посмотрел на нервничающего парня и вздохнул – то ли в нашей доблестной разведке серьезные профессионалы закончились, то ли дело отнюдь не такое сложное, как может показаться. Первое вряд ли, второе – тоже, иначе не просили бы поддержать силами боевого корабля. Хотя мало ли что – игры спецслужб во все времена простым смертным были непонятны. Рефлекторно пожав плечами, Соломин повернулся к присутствующей здесь же Бьянке:

– Ты все помнишь?

– Так точно, – дисциплинированно ответила девушка. Правда, ее наряд от дисциплины был весьма далек – короткое обтягивающее платье, подчеркивающее то, что, по идее, должно было скрывать, вкупе со смазливой мордашкой и хорошей фигурой, уже вызвало обильное слюноотделение у половины экипажа. Пожалуй, несколько перестарались с образом – если уж народ, несмотря на то, что совсем недавно предавался пьянству и разврату на Черном Новгороде, так на нее реагирует, то реакцию куда менее дисциплинированных мафиози предсказать будет несложно, и не факт, что это будет хорошо. Однако раз уж решили, что Бьянка будет изображать шмару при крутом капитане, то менять что-либо уже не стоит – импровизировать с новым сценарием поведения решительно не хотелось.