Читаем Избранное полностью

Дальше Сталин цитирует Ленина, который в своем «Великом почине» прямо указывает, что диктатура пролетариата – это научное латинское историко-философское выражение. Оно означает, что только определенный класс – а именно городские, фабрично-заводские, промышленные рабочие – в состоянии руководить всей массой эксплуатируемых трудящихся в их борьбе до полного уничтожения классов. Это Сталин и цитирует, а нам надо внимательно читать.

«Для этого необходимо выполнить по крайней мере три главные задачи, встающие перед диктатурой пролетариата “на другой день” после победы:

а) сломить сопротивление свергнутых…

б) организовать строительство в духе сплочения всех трудящихся…

в) вооружить революцию, организовать армию революции для борьбы с внешними врагами…»

Далее – прямая цитата из Ленина:

«Переход от капитализма к коммунизму, – говорит Ленин, – есть целая историческая эпоха».

Кстати, что же такое социализм? Это ведь тоже коммунизм. А в хрущевские времена было произведено разведение социализма и коммунизма. Чисто хрущевская ревизионистская традиция – не понимать социализм как коммунизм в первой его фазе. А ведь это вовсе не иное коммунизма: социализм – это уже коммунизм, но «молодой» и, если так можно выразиться, еще неразвитый. Приведем простой пример. Если мы хотим доехать до Москвы, то нам придется сначала добраться до Бологого. Конечно, найдутся те, кто устроит в Бологом стоянку и дальше уже не поедет. Но, думается, основная масса народу все-таки отправится дальше, ведь у поезда в Бологом не конечная остановка, да и стоит он на этой станции всего пару минут.

«Пока она не закончилась, у эксплуататоров неизбежно остается надежда на реставрацию, а эта надежда превращается в попытки реставрации».

Вот поэтому, собственно говоря, и нужна диктатура пролетариата.

«Буржуазия имеет свои основания делать попытки к реставрации, ибо она после своего свержения надолго еще остается сильнее свергнувшего ее пролетариата».

Получается, что диктатура пролетариата нужна, чтобы его никто не сверг. Это так, но диктатура пролетариата нужна и для решения обычных повседневных задач. Если вы хотите продвигаться вперед, то без диктатуры пролетариата вы этого сделать не сможете. Потому что существуют две тенденции: одна – к развитию социализма в полный коммунизм (или же к построению социализма, а потом к построению полного коммунизма), а другая – противоположная. И если вы диктатуру пролетариата не развиваете, не проводите в жизнь, то у вас эта главная, прогрессивная тенденция не может перевесить. А поскольку она не перевешивает, то вы, совершенно естественно, будете скатываться назад.

Среди «обычных» задач – подавление еще не вполне свергнутой буржуазии.

«В чем сила свергнутой буржуазии?

Во-первых,“в силе международного капитала…”

Во-вторых, в том, что “эксплуататоры на долгое время после переворота сохраняют неизбежно ряд громадных фактических преимуществ”…»

Ну, понятно, это бывает всегда.

«В-третьих, “в силе привычки, в силе мелкого производства”».

Вот это – главное.

«Вот почему говорит Ленин, что:

“Диктатура пролетариата есть самая беззаветная и самая беспощадная война нового класса против более могущественного врага, против буржуазии, сопротивление которой удесятерено ее свержением” что “диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества”».

Перейти на страницу:

Все книги серии Питер покет

Интимные места Фортуны
Интимные места Фортуны

Перед вами самая страшная, самая жестокая, самая бескомпромиссная книга о Первой мировой войне. Книга, каждое слово в которой — правда.Фредерик Мэннинг (1882–1935) родился в Австралии и довольно рано прославился как поэт, а в 1903 году переехал в Англию. Мэннинг с детства отличался слабым здоровьем и неукротимым духом, поэтому с началом Первой мировой войны несмотря на ряд отказов сумел попасть на фронт добровольцем. Он угодил в самый разгар битвы на Сомме — одного из самых кровопролитных сражений Западного фронта. Увиденное и пережитое наложили серьезный отпечаток на его последующую жизнь, и в 1929 году он выпустил роман «Интимные места Фортуны», прототипом одного из персонажей которого, Борна, стал сам Мэннинг.«Интимные места Фортуны» стали для англоязычной литературы эталоном военной прозы. Недаром Фредерика Мэннинга называли в числе своих учителей такие разные авторы, как Эрнест Хемингуэй и Эзра Паунд.В книге присутствует нецензурная брань!

Фредерик Мэннинг

Проза о войне
Война после Победы. Бандера и Власов: приговор без срока давности
Война после Победы. Бандера и Власов: приговор без срока давности

Автор этой книги, известный писатель Армен Гаспарян, обращается к непростой теме — возрождению нацизма и национализма на постсоветском пространстве. В чем заключаются корни такого явления? В том, что молодое поколение не знало войны? В напряженных отношениях между народами? Или это кому-то очень выгодно? Хочешь знать будущее — загляни в прошлое. Но как быть, если и прошлое оказывается непредсказуемым, перевираемым на все лады современными пропагандистами и политиками? Армен Гаспарян решил познакомить читателей, особенно молодых, с историей власовского и бандеровского движений, а также с современными продолжателями их дела. По мнению автора, их история только тогда станет окончательно прошлым, когда мы ее изучим и извлечем уроки. Пока такого не произойдет, это будет не прошлое, а наша действительность. Посмотрите на то, что происходит на Украине.

Армен Сумбатович Гаспарян

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже