Читаем Избранное полностью

Избранное

Этот порыв: из податливой глины лепить!Кто поддержал бы первопроходцев отважных,строивших города на прибрежьях блаженных и влажных,чтобы, маслом наполнив кувшины, вино самодельное пить.Боги, для них наши помыслы — первоосновы;хмуро судьба разрушает их сумрачный час.Но бессмертны они. Посмотри, мы готовыслушаться каждого, кто бы вслушался в нас.Тысячелетнее племя отцов с матерями,мы переполнены нашим растущим плодом;он взломает нас, пренебрегая дверями.Мы бесконечно отважны, хотя перед нами погост!И молчаливая смерть, не брезгуя нашим трудом,приобретет и отдаст наше полчище в рост.

XXV

Слышишь? Работают без опасенийграбли в саду: человеческий зовнезабываемой предвесеннейречи. Неотразимо новсигнал грядущего. Не впервойслышать его, а тебе все мало;при этом звуке ты сам не свой:ловишь то, что тебя поймало.На дубах листья перезимовали,коричневые, почуяли луч;ветерки воздух ознаменовали.Чернеют кустарники. Поле — ложедля пухлых жирных навозных куч;проходят часы, становясь моложе.

XXVI

Голос творения — птичий крик.Звуком внезапным сердце томимо,а дети на воле кричат помимоптичьего крика в случайный миг.Как люди внедряются в сновиденья,далям всемирным равновелики,птичьи ли крики в свои владенья,в пространство ли вклинились детские крики.Горе нам, где мы? В сердце ли мира,уподобляясь древним драконам,мчимся, захвачены диким гономпо краю смеха... Бог, среди пираслей с песней крик наш под небосклоном,чтоб вознеслись голоса и лира.

XXVII

Существует ли неизбежноевремя, если рушится храм?Демиург отнимет ли нежноесердце, преданное богам?Разрушаемые прощаньями,замкнуты судьбой в наших днях,не живем ли мы обещаньямидетства, скрытого там, в корнях?Призрак прошлого недействительный,только ловит его чувствительный,как ловил бы дым наяву.Остается наше служение,приводящее мир в движениене в угоду ли божеству?

XXVIII

Уйдешь, придешь и дорисуешь танец,чертеж среди созвездий обретя,в чем превосходит смертный чужестранецугрюмую природу; ты, дитя,ты помнишь, как она заволновалась,услышав невзначай: поет Орфей,и дерево с тобой соревновалось,подсказывая трепетом ветвей,откуда доносился этот звук;так ты узнала место, где звучалаи возносилась лира, средоточьенеслыханное. Шаг твой — полномочьепрекрасного, и ты уже сначалаповерила: придет на праздник друг.

XXIX

Перейти на страницу:

Похожие книги