Читаем Избранное полностью

Он, видимо, не был халхасцем[49], так как говорил с акцентом — то ли с бурятским, то ли еще с каким. В начале слова вместо «х» выговаривал «к». Начал он свое выступление тихо, но постепенно голос его окреп:

— Товарищи! Мы не для того собрались здесь, чтобы распустить нашу артель. Наоборот, мы должны преобразовать ее в объединение и поставить крепко на ноги. Об этом-то и надо нам сейчас поговорить. Некоторые из вас, видимо, хорошо не понимают значение объединения. Но я, товарищи, со всей ответственностью хочу вам заявить, что объединение дело прибыльное и полезное для всех. До каких же пор мы будем поодиночке мотаться по нашим долинам и падям?! До каких пор будем думать только о себе?! Недаром ведь в народе говорят, что дружные сороки изюбря укрощают! Хорошо, что вы собрались, чтобы обсудить вопрос о создании народного объединения. Здесь было высказано много дельного и поучительного. Это хорошо, очень хорошо! Движение это развернулось по всей стране. То, что скотоводы создают объединения и приобщаются к коллективному труду, есть настоящая революция для единоличников. Возглавив это движение, вы стали настоящими бойцами этой новой революции. Партия неоднократно указывала на необходимость создания объединений, необходимость коллективного труда. Она и впредь будет обращать пристальное внимание на это. Объединение должно стать прибыльным производством. Так, и только так, оно будет развиваться. Возьмем, к примеру, объединение «Труд». Скотоводы там уже живут оседло и создали бригады. За каждый трудодень они получают уже по одному тугрику и двадцать мингу. Да и жизнь аратов заметно улучшилась. Среди вас есть и члены партии. Они-то и должны возглавить это движение, перед которым сейчас стоит много трудностей. Нельзя думать, что с созданием объединения они исчезнут. Нет! С ними еще долгое время придется бороться. Сомнения и противоречия будут одолевать и каждого отдельно взятого человека. Но мы все трудности должны преодолеть — и преодолеем. Вот здесь-то и должны сказать свое веское слово именно коммунисты. Среди вас есть те, кто создавал артель караванщиков. И проявили они себя там с самой лучшей стороны, завоевав заслуженный авторитет. Они и сейчас идут в первых рядах движения за кооперирование аратских хозяйств. В частности… — Он сделал паузу и заглянул к себе в тетрадь. Собравшиеся тут же задвигались и устремили на него свои взгляды. В их глазах застыло любопытство: «О ком же он скажет?» Секретарь кашлянул и продолжил:

— В частности, Намжил, Данжур, Цокзол, Жамадорж… — И, оторвавшись от тетради, посмотрел в зал.

Дремавший в это время Намжил, услышав свое имя, подумал, что его вызывают, и, вскочив на ноги, громко представился:

— Я!

Раздался взрыв смеха. Намжил, ничего не понимая, стал оглядываться по сторонам. Секретарь тоже заулыбался, но в это время кто-то дернул Намжила за подол и сказал: «Садись». Намжил все-таки еще спросил с удивлением:

— А меня разве не вызывали?

В зале снова засмеялись, но начальник сомонной администрации постучал карандашом по столу и успокоил зал.

— Люди у вас прекрасные, — продолжал секретарь аймачного комитета. — С такими можно и горы свернуть. Я глубоко верю в успех вашего дела и надеюсь, что вы превратите свое объединение в передовое хозяйство нашего аймака. Надо дело поставить так, чтобы у единоличников не осталось никаких сомнений относительно пользы и выгоды коллективного труда. — На этом он закончил свою речь.

После выступления секретаря аймачного комитета произошла некоторая заминка. Никто не знал, нужно ли аплодировать ему или нет. Сначала все смотрели друг на друга, потом на Лха-насана, но в это время наконец раздались чьи-то хлопки, и их сразу же подхватил весь зал.

Цокзол был страшно удивлен. Он собирался выступить и поддержать того старика, что первым отказался, а тут вдруг начальство его похвалило и совсем сбило с толку. Теперь уже ему некуда было деваться. «Некрасиво получится. И потом, взяв столько моего скота, не оставят же они меня на бобах. Надо вступать!» — решил он.

Затем выступил один коммунист и от имени всех заверил, что коммунисты, несомненно, возглавят движение.

Желающих выступить больше не нашлось, и прения прекратились. Встал Лха-насан.

— Первый секретарь аймачного комитета партии выступил сейчас перед вами с конкретной речью. Да и многие из вас за то, чтобы создать объединение. А кто против, тех прошу поднять руки! Мы не настаиваем, чтобы именно сейчас все изъявили желание вступить в объединение. Нет! Кто сейчас не решается, может вступить и потом. Есть среди вас такие?

Но никто не поднял рук.

— Тогда поднимите руки те, кто за то, чтобы нашу артель преобразовать в объединение.

Руки подняли Данжур, Надоедливый Намжил, Цокзол… Человек десять остались сидеть не шелохнувшись, опустив головы. Тогда Лха-насан напомнил:

— Мы голосуем за создание объединения!

После некоторой заминки нехотя поднял руку Жамьян.