Читаем Избранное полностью

— Все отлично! Все живы и здоровы… Деревья как на подбор, будто специально для стройки… — с гордостью отвечал Дамдин.

— Да, там, должно быть, действительно хорошо… — поддержал его кто-то.

У самой двери своей комнаты он встретил соседского малыша, который сразу же узнал его и похвастался новым грузовиком. «Молодец! Без машины теперь никуда… Вот и я на машине приехал», — улыбнулся Дамдин и потрепал его по головке.

В комнате было темно — Чогдов, уезжая, аккуратно закрыл окна занавесками. Дамдин зажег свет и, не раздеваясь, сел на кровать, тяжело вздохнув. Затем он встал, раздвинул пожелтевшие занавески и стал глядеть в окно…

Ребятишки во дворе играли в снежки. Разрумяненные и веселые, они носились друг за дружкой и никого не замечали вокруг. Какой-то мужчина в черном пальто с поднятым воротником подошел к натянутой веревке с выстиранным бельем. Оно успело замерзнуть и стояло торчком, как стена. Человек растерянно остановился, потом пошел в обход. «Надо же! Какой важный… Не захотел наклониться», — подумал Дамдин и повернулся к столу. На нем лежало много распечатанных писем, раскрытая тетрадь, книги. «Хоролма, значит, пишет…» — сказал он себе под нос и сдул со стола хлебные крошки и пепел от папирос.

Им овладела невыносимая тоска. Ему вдруг захотелось закурить, но папирос не было. Поискал в комнате окурки, но и их не нашел. «Да-а… Город не худон. Там все как на ладони — всех и все знаешь. А тут?.. Просто беда. Будто каждый живет для себя и ничего вокруг знать не хочет… Как можно так жить?..» — рассуждал он.

Затем он вышел на улицу. Оставаться в комнате одному было невмоготу. Вспомнив Гоби, он уже не мог успокоиться: «Дома поднимешься на бугорок — все окрестности видно на расстоянии одного уртона, все, что вокруг происходит. Кто гонит отару домой, кто собирает аргал…»

Но здесь перед ним лежал город. Высились многоэтажные здания, по улицам сновали люди. Среди них, возможно, была и Гэрэл, но как об этом узнаешь… Дамдин направился в центр, купил папиросы и, жадно закурив, долго стоял у магазина, наблюдая за прохожими. И тут, взглянув на здание университета, подумал: «Конечно, она там… Ну что я мучаюсь? Надо пойти и все разузнать, встретиться…»

Решительно двинувшись к университету, он вдруг вспомнил, что не успел переодеться, и остановился в нерешительности. Ватные штаны у него успели изрядно загрязниться, от тулупа пахло дымом, да и войлочные гутулы износились. «В таком виде только людей пугать!» — рассердился он на себя, но тем не менее возвращаться не стал.

У университета было многолюдно. С портфелями, с сумками, а то и просто с пачками книг под мышкой люди то входили, то выходили из здания. Не всегда и поймешь, где студенты, а где преподаватели. Все были одеты опрятно и со вкусом.

Дамдин постоял здесь некоторое время, разглядывая прохожих, потом долго заглядывал в окна. «А вдруг Гэрэл увидит меня и выбежит… В худон с родителями она, конечно, не поехала, но где же она теперь живет?.. Может, у полковника Гончика?.. Хорошо бы было… Если так, то я ее легко найду… Эх, надо было бы спросить у инженера Сундуя… Уж он-то наверняка знает», — не то с сожалением, не то с радостью подумал он и, набравшись храбрости, стал подниматься по каменной лестнице, но, не дойдя и до середины, оробел и пошел назад.

Вечерело. Закатные лучи багровыми бликами играли на окнах здания. Из репродуктора, установленного на крыше университета, доносилась песня. Дамдин шагал уже по улице, но вдруг вспомнил о том, как Чогдов когда-то рассказывал: «Знаешь, за университетом есть отменная столовая, там такие крупные хушуры…»

Дома у него есть было нечего, поэтому он и повернул туда. В столовой не оказалось ни одного посетителя. Дамдин удивился этому, но, заметив китаянку, вытиравшую столы, успокоился. Та, увидев Дамдина, грубовато бросила:

— Ничего горячего нет…

— Это ничего! Я могу и подождать, только приготовьте что-нибудь вкусненькое, — небрежно ответил Дамдин и, сев за старый, облезший стол, с важным видом закурил.

— А что вы хотите?

— А что у вас есть?

— Цуйван, люванз, люйзуй… — затараторила она.

Дамдин понятия не имел о таких блюдах, и ему стало весело.

— Мне бы жаркое. С мясом, конечно… Ну, и лепешки к нему…

Пока готовили еду, он снова стал размышлять: «Может, сегодня же пойти к полковнику Гончику?.. Он-то уж обязательно должен знать… Или завтра утром найти инженера Сундуя…»

Обслужили его быстро. «Очень вкусно, но так мало… И как дорого! Точно кот наплакал, есть нечего… Что же это получается?..» — подумал Дамдин, берясь за пиалу чая.

— Не наелся! Принесите-ка еще… — обратился он к официантке, едва та появилась из-за перегородки. И тут дверь открылась, и вошли, оживленно переговариваясь, две девушки.

— Поедим — и снова за конспекты, а то как бы не засыпаться, — сказала одна из них, снимая шаль.

— Да, сегодня надо бы все успеть, — ответила та, что вошла за ней следом. Голос ее показался Дамдину таким знакомым, что он чуть не уронил пиалу.

Так и есть — Гэрэл! Разрумяненная на морозе, она стояла перед ним и снимала свое скромное, недорогое пальто с лисьим воротником.