Читаем Избранное полностью

Незаметно пролетело пять дней. Данжур стал искать машины, чтобы увезти свой груз, и случайно на улице встретился с Жамадоржем, который, отработав сезон на строительстве аймачной больницы, тоже собирался домой.

Жамадорж, не скрывая своей радости, присел на скамейку и вытащил кисет. Видно было, что он уселся надолго. Данжур тоже опустился рядом и рассказал ему о проведенных в аймаке днях, сообщив под конец:

— И о тебе не забыли — избрали членом правления. А я, как видишь, стараюсь… Думал, ничего у меня не получится, а вот, надо же, все образовалось. Теперь вот транспорт ищу… Груз-то надо доставить до дома.

Внимательно слушавший его Жамадорж встрепенулся:

— Вот хорошо-то! Значит, пошли в гору… Ведь говорил нам тогда премьер-министр: «Будущее объединений находится в ваших руках…» Все идет как надо… Ах, да! Там у кооператива три грузовика разгружаются. Надо бы поговорить с ними… Из нашего сомона могут шерсть повезти… Давай-ка сходим. — И встал.

Данжур послушно последовал за ним.

Раньше Жамадорж возглавлял артель караванщиков и, надо сказать, в этом деле преуспевал. Земляки были о нем весьма высокого мнения, и не без основания — при нем караванщики не знали никаких бед. В дни надома и во время заготовок скота в Дэлгэрхангае открывалась столовая. Инициатором этого каждый раз выступал Жамадорж. Помнишь, дорогой читатель: Надоедливого Намжила, когда тот угощал Дамдина горячими хушурами, обслуживал именно он…

Жамадорж, когда еще был даргой артели, купил как-то сотню коз, и вскоре их у него уже было двести. После этого за ним прочно закрепилась слава отличного скотовода, хотя в те времена все считали, что такой чести может удостоиться только тот, кто доведет поголовье своего стада до тысячи.

Успехи Жамадоржа заметили в аймаке. Его наградили и послали на совещание лучших скотоводов страны, которое состоялось в 1948 году в Улан-Баторе. Оттуда Жамадорж вернулся с орденом «Полярная Звезда» и со знаком «Лучший скотовод».

Дэлгэрхангайцы из рук в руки передавали его удостоверение, где было написано:

Это обстоятельство придало ему еще больше силы и энергии. Он готов был в ближайшие годы довести поголовье своих коз сначала до четырехсот, а потом и до восьмисот голов. Как раз в это время государство подняло цены на козий пух. Поэтому можно было понять радость и старания Жамадоржа, но тут наступила зима года Белого зайца[67], разразился страшный дзут, и от его коз почти ничего не осталось.

Жамадорж глубоко переживал неудачу и, решив собственными силами восстановить ущерб, стал подрабатывать на производстве кирпичей в сомонном центре. Заработанные деньги он аккуратно вкладывал в казну артели.

Как раз в это время в аймачном центре началось большое строительство, и потребовались люди, имеющие опыт строительной работы. Жамадорж сразу предложил свои услуги и, работая там, быстро выбился в передовики.

В 1951 году (тогда он еще работал даргой артели караванщиков) Жамадорж был приглашен в Улан-Батор в качестве члена инициативной группы по разработке проекта устава сельскохозяйственных объединений. Группа состояла из двадцати таких же, как он, начальников и еще нескольких активистов.

Ее работой непосредственно руководил сам премьер-министр, помогавший советами и замечаниями. По окончании работы он принял всю группу и подробно рассказал им о задачах объединений. При этом он особо подчеркнул, что будущее объединений находится в их собственных руках. На прощание Чойбалсан сфотографировался с ними и пожелал поддерживать с ними постоянную связь. Этот снимок в нарядной рамке до сих пор висит в юрте Жамадоржа — естественно, на стене у хоймора.

Прошлой весною Жамадорж снова работал на стройке в аймачном центре. Услышав, что на базе артели караванщиков создали объединение «Дэлгэрхангай-Ула», он тут же написал заявление о вступлении и отправил его на имя Данжура.

Надоедливый Намжил, узнав об этом, прибежал к дарге Данжуру:

— Теперь пора освободить меня от должности завхоза. А что? Поставь Жамадоржа! Он сильнее меня… С самим Чойбалсаном проект разрабатывал, правительственные награды имеет… Человек грамотный!

— Работай, как и работал! Ишь чего захотел!.. — недовольно оборвал его Данжур. — Вот моя работа ему бы подошла. Я сам об этом иногда подумываю…

«Такого человека, конечно, без дела не оставят. Поэтому-то и избрали его членом правления», — подумал про себя Намжил…