Читаем Избранное полностью

В 1889 году Перец переезжает в Варшаву и устраивается на скромную должность делопроизводителя в еврейской общине. В Варшаве Перец активно сотрудничает в основанных им периодических изданиях — «Еврейская библиотека», «Литература и жизнь» и «Праздничные листки»; он выступает не только как беллетрист, но и как публицист и популяризатор научных знаний. Эти издания сыграли значительную роль в развитии еврейской общественной мысли. Недаром царская полиция обычно находила при обысках у евреев-социалистов «Праздничные листки». Еще в 1894 году в виленских синагогах «Праздничные листки» были преданы анафеме. В 1899 году писатель был арестован и несколько месяцев просидел в варшавской цитадели.

Круг интересов Переца всегда был очень широк. Обрушиваясь со всей силой своего общественного темперамента на пережитки феодализма в еврейской среде, Перец не обольщается и «благами» капитализма. В своих статьях он едко высмеивает западноевропейские буржуазные «свободы» и либерально-пацифистскую фразеологию.

Воодушевленный социалистическими идеями, писатель призывает еврейский народ не выпускать из рук «общечеловеческого знамени» и с корнем вырывать «шовинистические сорняки». Он верит, что наступит время, когда набитые пшеницей амбары накормят всякого, независимо от «цвета кожи» и от того, «кем был его дед».

* * *

И на древнееврейском и на еврейском языках Перец дебютировал как поэт. Стихотворное наследие его, однако, не велико. Достигнув наибольшего совершенства в жанре рассказа, Перец все реже пишет стихи. И лишь в конце жизни он снова обращается к лирике и пишет цикл стихов для детей.

Стихи Переца часто эскизны. Он щедро кладет мазки, намечает контуры тем, идей, формы, как бы приглашая будущие поколения поэтов все это продолжить, завершить.

В любовной лирике, где чувствуется влияние Гейне, Перец порвал с узконациональной проблематикой, с местечковой сентиментальностью. Большой интерес представляют обработанные Перецем народные песни, переводы из западноевропейской и русской поэзии, его философская лирика. Перец обогащает еврейскую поэзию не только новыми мотивами, но и новой архитектоникой стиха, новыми ритмами.

Особенно непривычно для современников прозвучала поэма Переца «Мониш». Поэма рассказывает о том, как местечковый юноша Мониш, искушенный в божественных книгах, вдруг влюбился в дьяволицу Лилит и попал за это в ад.

Романтический герой поэмы с «черными как ночь локонами» — это вполне реальный человек, рвущийся из религиозно-аскетического мрака к свету, к познанию жизни и ее радостей. И божественный и бесовский антураж выглядит в поэме одинаково прозаично. В форме иронически стилизованного лубка рассказывается о том, как Мониш «летит под конвоем на венике на небо». Чертенок ходит по аду с ножницами и подрезает фитили на лампах. Злой дух похож на плутоватого слугу, который уговаривает дружка обмануть хозяина, в данном случае — бога.

Поэма построена на контрастах. Реальное изображение голодных захолустных местечек чередуется с фантастическими картинами, иронически подчеркнутый прозаический тон перемежается с романтической патетикой. Исключительно богат и ритмический рисунок поэмы — от эпической повествовательности до напряженных рубленых строк.

В 1890 году Перец принял участие в статистической экспедиции, организованной филантропом Яном Блёхом для изучения материального положения еврейского населения в местечках Польши. Перец был потрясен тем, что увидел. Свои наблюдения он запечатлел в «Путевых заметках» (1891).

В ярких, выразительных зарисовках Перец воссоздает картину физической, а подчас и духовной гибели нищих, деклассированных, опутанных невежеством и суевериями людей.

Жизнь местечка представляется писателю какой-то призрачной; все понятия здесь перепутаны, все поставлено на голову. Местечковый просветитель оказывается совершеннейшим невеждой, а сумасшедший, кукарекающий по-петушиному, разумнее, чем многие из окружающих его нормальных людей. Портной, честный труженик, любящий свою профессию, валяется без дела на устланном соломой полу. Работы нет.

Если у Менделе Мойхер-Сфорима и у Шолом-Алейхема жители местечка нередко действуют сообща, что придает всей обстановке своеобразную улыбчиво-грустную интимность, то у Переца эта интимность, это тепло полностью отсутствуют. Он видит только несчастных, обездоленных людей. И вообще судьба местечка, стоявшая в центре внимания всей еврейской литературы, в творчестве Переца не занимает главного места. «Путевыми заметками», в сущности, и исчерпывается его художественный интерес к еврейскому местечку.