Читаем Избранное полностью

– Что сказать на это? Пророки, как мусульманские, так и христианские, видимо, редко бывают, как уже отмечалось выше, оптимистичны в своих предсказаниях. Вспомним мусульманскую притчу. Пророк Мухаммед спросил архангела Джабраила: «Посетишь ли ты землю после смерти моей?» Архангел ответил: «Неоднократно. Это будет тогда, когда земля оскудеет, и люди потеряют любовь, когда народ потеряет терпение, учёные – знания, а богатые – милосердие. А в последний раз мне придётся спуститься с небес, чтобы забрать у людей Священную книгу и Веру, и наступит для них последний день».

– В библейской истории этот день называется Страшным судом. «Но есть и божий суд, наперсники разврата!» – восклицаем и мы вслед за Лермонтовым.

Наверно, предсказания поцелованных Богом людей являются ничем иным, как предупреждением Всевышнего человечеству, недобросовестно исполняющему Божьи Законы. И таких предупреждений было уже несколько, сопровождались они горем и разрушениями: изгнанием человека из Рая, всемирным потопом… Но Всевышний даровал и всемилостивейшее спасение греховным существам, вразумлял их через пророков, Иисуса Христа, ставшего искупительной жертвой за грехи людей и давшего миру новый нравственный закон-закон любви.

– Такой закон проповедовал и Мухаммед, посвятивший описанию добрых деяний Псы (Иисуса) немало строк в Коране. Там, между прочим, фигурирует и мать его – дева Мария. Единственная женщина, имя которой приведено в мусульманском катехизисе.

– Бог, Абубакар Алазович, един, хотя и не в одного мы веруем, так гласит народная мудрость. Но грешен человек, грешен. Мало того, он продолжает как бы провоцировать Бога, подобно Григорию Печорину из лермонтовского «Героя нашего времени». Заражённый смертельной болезнью неверия, отказавшийся от благого божественного промысла, четырежды прощаемый Всевышним за противление ему, мятежник Печорин в конце концов получает сполна по своей вере: умирает, возвращаясь из Персии.

Другое дело – Мцыри, ещё один замечательный персонаж из одноимённой поэмы Михаила Юрьевича. Вначале, одолеваемый гордыней, Мцыри, так же как и Печорин, попадает в смертельно опасные ситуации. Но, покорившись воле Всевышнего, став его соратником, он обретает великую благодать.

– Геннадий Александрович, так ведь мы, похоже, оба пришли к единому мнению: «неведомый избранник» Лермонтов – проводник, проповедник Божьего слова на земле. Слова с большой буквы. Как оно и обозначается в Священном писании. Так, как стало ложиться на бумагу лермонтовское слово, правда, в частных письмах «неистового Виссариона» (Белинского) – с прописной буквы. И удивительно ли после этого, что чеченцы, как и другие народы, преклоняют колени перед божественным даром Михаила Лермонтова. Потому-то и он столь высоко ценил истинно народные знаки внимания. Лермонтов не мог терпеть «мундиры голубые», но его любовь к отчизне, к подлинной России, не мог победить даже его собственный рассудок:

Люблю отчизну я, но странною любовью!Не победит ее рассудок мой.‹…›Люблю дымок спалённой жнивы,В степи ночующий обоз,И на холме средь жёлтой нивыЧету белеющих берёз.‹…›И в праздник, вечером росистым,Смотреть до полночи готовНа пляску с топаньем и свистомПод говор пьяных мужичков.

И что интересно: не безмолвствует у него народ.

– Абубакар Алазович! А вас ведь посетило озарение. И впрямь народ у Лермонтова говорит и действует, в отличие от пушкинского, который в финальной авторской ремарке к последней сцене «Бориса Годунова» «безмолвствует», смиряется перед жизненными обстоятельствами, произволом властей. Купец Калашников – разве не пример тому?

«…Соединить себя с народом, созерцание с нашим действием», как писал Дмитрий Сергеевич Мережковский, не есть ли «вопрос, от которого зависит наше спасение или погибель», спасение и погибель не только отдельного человека – страны? Вспомним лермонтовского «Поэта» («Отделкой золотой блистает мой кинжал…):

Проснёшься ль ты опять, осмеянный пророк,Иль никогда, на голос мщенияИз золотых ножен не вырвешь свой клинок,Покрытый ржавчиной презренья?..

Стремлением соединить небесную правду с земною и дорог нам Михаил Юрьевич Лермонтов. А власть имущим совет один: повернуться к людям лицом… хотя бы вполоборота. И тогда, вне всякого сомнения, они ярко проявят себя в созидательном труде, любви, песне, во всей красе и благодати единения с себе подобными и Всевышним, когда:

Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу,И звезда с звездою говорит,‹…›

– О, дорогой мой собеседник, в какие мы выси вознеслись в разговоре.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Пропаганда 2.0
Пропаганда 2.0

Пропаганда присутствует в любом обществе и во все времена. Она может быть политической, а может продвигать здоровый образ жизни, правильное питание или моду. В разные исторические периоды пропаганда приходит вместе с религией или идеологией. Чаще всего мы сталкиваемся с политической пропагандой, например, внутри СССР или во времена «холодной войны», когда пропаганда становится основным оружием. Информационные войны, о которых сегодня заговорил весь мир, также используют инструментарий пропаганды. Она присутствует и в избирательных технологиях, то есть всюду, где большие массы людей подвергаются влиянию. Информационные операции, психологические, операции влияния – все это входит в арсенал действий современных государств, организующих собственную атаку или защиту от чужой атаки. Об этом и многом другом рассказывается в нашей книге, которая предназначена для студентов и преподавателей гуманитарных дисциплин, также ее можно использовать при обучении медиаграмотности в средней школе.

Георгий Георгиевич Почепцов

Публицистика / Политика / Образование и наука