Читаем Избранное полностью

Все лучшее из всех земных даров,Какие существуют на Земшаре,Мне обещали: кубометры дров,И девочек хороших обещали.Мне обещали эти трепачиИ фантастические гонорары,И что против поэзии мечиПерекуются скоро на орала.Я обо всем размыслил по ночамИ оценил все эти разговоры:Проклятье вам, ничтожным трепачам,За то, что вы мошенники и воры.Проклятье вам, шакалы, а не львы,Самодовольные дегенераты,За то, что у меня украли выВсе то, что обещали мне когда-то.Проклятье вашим радужным мечтамИ миру, что не был, а назывался —За то, что я всего б добился сам,Когда бы не надеялся на вас я.

«В моей башке какой-то рой вопросовый…»

В моей башке какой-то рой вопросовый,Должно быть, надоевший мне и вам.А где-то там чугунный или бронзовыйПервопечатник Федоров Иван.Там люди бегают, подошвами стучат они,Так ибо у людей заведено.И веруют они в книгопечатанье,Которое не изобретено!

Памяти Миши Кульчицкого

В мир иной отворились двери те,Где кончается слово «вперед»…Умер Кульчицкий, а мне не верится:По-моему, пляшет он и поет.Умер Кульчицкий, мечтавший в столетьяхОстаться навеки и жить века.Умер Кульчицкий, а в энциклопедияхНету такого на букву «К».А он писал стихи о России,С которой рифмуется неба синь;Его по достоинству оценилиЛишь женщины, временно жившие с ним.А он отличался безумной жаждойК жизни, к стихам, любил и вино,И женщин, любимую каждую,Называл для чего-то своей женой.А он до того, как понюхать пороху,Предвидел, предчувствовал грохоты битв,Стихами сминал немецкую проволоку,Колючую, как готический шрифт.Приехал в Москву прямо с юга жаркого,А детство провел в украинских краях,И мама писала ему из Харькова:«Не пей с Глазковым коньяк!»

«Не упомнишь всего, что было…»

Не упомнишь всего, что былоВ институте МГПИ.Шли за Орден Почетного ШтопораПоэтические бои.Много прожитых и пережитыхБыло дней, шестидневок, минут,Издавался «Творический Зшиток»,Разлагающий Пединститут.И всякий стих правдивый мойПреследовался как крамола,И Нина Б. за связь со мнойИсключена из комсомола.В самой Москве белдня средиОболтусы шумной бражкиАнтиглазковские статьиПечатали в многотиражке.Мелькало много всяких лиц.Под страхом исключенья скороОт всех ошибок отреклисьПоследователи Глазкова…

«И плотнику, и штукатуру…»

И плотнику, и штукатуруХвала и честь на стройках мира,А я творю литературу,Как подобает ювелиру.Стихи слагаю уникально,Взяв первозданность за основу,И, повторяя твердость камня,Приобретаю точность слова.

Инвалид

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Форма воды
Форма воды

1962 год. Элиза Эспозито работает уборщицей в исследовательском аэрокосмическом центре «Оккам» в Балтиморе. Эта работа – лучшее, что смогла получить немая сирота из приюта. И если бы не подруга Зельда да сосед Джайлз, жизнь Элизы была бы совсем невыносимой.Но однажды ночью в «Оккаме» появляется военнослужащий Ричард Стрикланд, доставивший в центр сверхсекретный объект – пойманного в джунглях Амазонки человека-амфибию. Это создание одновременно пугает Элизу и завораживает, и она учит его языку жестов. Постепенно взаимный интерес перерастает в чувства, и Элиза решается на совместный побег с возлюбленным. Она полна решимости, но Стрикланд не собирается так легко расстаться с подопытным, ведь об амфибии узнали русские и намереваются его выкрасть. Сможет ли Элиза, даже с поддержкой Зельды и Джайлза, осуществить свой безумный план?

Наталья «TalisToria» Белоненко , Андреа Камиллери , Ира Вайнер , Гильермо Дель Торо , Злата Миронова

Криминальный детектив / Поэзия / Фантастика / Ужасы / Романы