Читаем Избавитель. Том 2 (СИ) полностью

Джардир поднял бровь, но кивнул и вместе с Ашаном вышел из особняка на промерзшие улицы. Недалеко от дворца Джардира стоял один из городских храмов. Он был жалким и аскетичным по сравнению с великим Шарик Хора, но довольно впечатляющим по меркам северян — трехэтажное здание с толстыми каменными стенами, сверху донизу покрытыми метками.

Ашан завел его в храм, и Джардир увидел, что дама не просто присвоили Праведный дом. Они уже начали украшать его отбеленными и лакированными костями даль’шарумов, павших на поле боя с тех пор, как армия покинула Копье Пустыни. Под охраной духов доблестных воинов это здание станет самым защищенным на севере.

Они спустились в лабиринт холодных коридоров под храмом.

— Чины хоронили здесь своих почитаемых жителей, — пояснил Ашан, заметив, что Джардир разглядывает пустые ниши в стенах. — Мы выбросили из тоннелей нечестивый мусор и приспособили их для более полезной цели.

Будто в ответ на его слова подземные коридоры огласились криками смертной муки. Ашан не обратил на них внимания и провел Джардира в нужное помещение. На потолочной балке посреди комнаты висели северные священники — так называемые рачители, — привязанные за запястья. Их торсы были обнажены, плоть глубоко иссечена хвостом алагай — плеткой, способной сломить волю самых сильных мужчин.

Ашан жестом велел палачам-даль’шарумам отойти и подошел к одному из пленников:

— Повтори Шар’Дама Ка то, что сказал мне, если осмелишься.

Рачитель с трудом поднял голову. Один его глаз распух и заплыл, из другого текли слезы, оставляя полосы на покрытом кровью и грязью лице.

— Иди ты в Недра, — пробормотал он и попытался плюнуть в Ашана, но кровавая слюна повисла на губе.

Палач шагнул вперед с щипцами в руке. Он ухватил рачителя за подбородок, принудил открыть рот и сомкнул их на переднем зубе. Комната наполнилась воплями.

— Довольно, — произнес Джардир через мгновение. Палач немедленно прекратил, поклонился и отошел к стене. Рачитель безвольно повис на веревках. Джардир приблизился и с грустью посмотрел на него:

— Я — Шар’Дама Ка, посланник Эверама, милосердие коего не знает границ. Скажи правду, и я положу конец твоим страданиям.

Рачитель поднял взгляд и, похоже, собрался с силами.

— Я тебя знаю, — прохрипел он. — Ты называешь себя Избавителем, но ты не Избавитель.

— Почему? — спросил Джардир.

— Потому что Избавитель уже явился, — ответил рачитель. — Меченый не боится ночи, и подземники бегут при его виде. Он спас Лощину Избавителя, когда ей угрожала гибель, и с тобой тоже разберется.

Джардир удивленно взглянул на Ашана.

— Я слышал об этом меченом неверном и от другого чина, Шар’Дама Ка, — сказал Дамаджи. — Нужно развеять это ложное пророчество, и поскорее, чтобы защитить твое законное место.

Джардир покачал головой:

— Ты говоришь, как моя жена, старый друг.

Глава 7. Землепашец. 326 П. В

— Однажды шарум ка стану я! — Джайан вонзил копье в набитое тряпками чучело, которое для него изготовил Джардир. Чучело лениво покачивалось на веревке, привязанной к потолочной балке.

Джардир засмеялся, радуясь живости сына. В свои двенадцать лет Джайан уже носил бидо, а за похлебкой стоял в первых рядах. Джардир начал обучать сыновей шарукинам, едва они научились ходить.

— Я тоже хочу быть шарум ка, — заканючил Асом, одиннадцати лет. — Я не хочу быть дурацким дама. — Он дернул белую ткань у себя на плече.

— Зато ты будешь посредником между шарум ка и Эверамом, — утешил Джардир. — А со временем, возможно, Дамаджи всего племени Каджи. Или даже андрахом.

Он улыбнулся, хотя в глубине души был согласен с мальчиком. Ему хотелось, чтобы его сыновья стали воинами, а не священниками. Грядет Шарак Ка.

Сперва Инэвера предложила, чтобы белое надел Джайан, но Джардир отказал наотрез. Это была одна из его редких побед над женой, хотя он сомневался, что действительно победил. С тем же успехом Инэвера могла изначально хотеть, чтобы белое надел Асом.

Подбежали остальные мальчики, с благоговением глядя на старших братьев. Большинство сыновей Джардира были слишком малы для Ханну Паш. Им еще предстояло отыскать свой путь в жизни. Вторые сыновья станут дама, остальные шарумами. Надвигалась первая ночь Ущерба, когда полчища Най особенно грозны и Алагай Ка рыщет в ночи. Ничто так не придает воину сил, как вид его сыновей.

«И дочерей», — подумал Джардир и повернулся к Инэвере.

— Хорошо бы мои дочери тоже возвращались домой каждый Ущерб.

Инэвера покачала головой:

— Нельзя мешать их обучению, муж мой. Ханну Паш най’дама’тинг… тернист.

И действительно, девочек забрали намного раньше, чем мальчиков. Старших дочерей он не видел несколько лет.

— Не могут же все они стать дама’тинг, — заметил Джардир. — Кого-то нужно выдать за моих верных людей.

— Выдавай, — согласилась Инэвера. — Но только дочерей, на которых не осмелится поднять руку ни один мужчина; дочерей, которые верны тебе больше, чем своим мужьям.

— И верны Эвераму больше, чем своему отцу, — пробормотал Джардир.