Читаем Избавитель. Том 2 (СИ) полностью

— Ничего, мой принц, — поспешно ответил Аббан, подняв взгляд от гроссбуха. Хаффит встал, оперся на костыль с ручкой в виде верблюжьей головы и низко поклонился. — Я просто закашлялся.

— Нет уж, — возразил Джайан. — Говори, что тебя так развеселило.

Аббан взглянул на Джардира. Тот кивнул.

— Пусть мы не потеряли ни одного даль’шарума, мой принц, но цена победы высока. Еда, одежда, кров, перевозка… Такая огромная армия, как наша, в походе стоит неизмеримо дорого. Твой отец владеет сокровищами всех двенадцати племен и Даром Эверама в придачу, но даже его богатство не безгранично.

Асом кивнул:

— В Эведжахе сказано: когда кошелек пустеет, противники смелеют.

Джайан засмеялся:

— Кто дерзнет бросить вызов отцу? Да и с какой стати Шар’Дама Ка станет платить? Мы завоевали эту землю и можем брать, что захотим.

Аббан кивнул:

— Верно, но ограбленному купцу не на что пополнить запасы. Можно забрать у торговца все свечи, но если не заплатить хотя бы их стоимость, придется сидеть в темноте, когда догорит последняя.

Джайан фыркнул:

— Свечи нужны слабым хаффитам, бумажным крысам. Воины в ночи прекрасно обойдутся без них.

— А как насчет дерева и стали для копий? — терпеливо спросил Аббан, как будто разговаривал с ребенком. — Ткани для формы и обожженной глины для доспехов? Кожи и масла для упряжи? Они берутся не из воздуха, и если сейчас отнять все зерно и всех коз, через год мы умрем от голода.

— Мне не нравится твой тон, пожиратель свинины, — прорычал Джайан.

— Молчи и слушай, — прикрикнул Джардир. — Хаффит делится с тобой своей мудростью, сын мой, и отвергать ее глупо.

Джайан потрясенно посмотрел на отца, но поспешно поклонился:

— Разумеется, отец.

Глаза его метали молнии в Аббана.

Джардир взглянул на Асома, который пока помалкивал:

— А ты, сын мой? Что ты ответишь на слова хаффита?

— Презренный прав, — признал Асом. — Некоторые Дамаджи до сих пор не смирились с твоим возвышением и воспользуются любой нуждой своих соплеменников, чтобы посеять рознь.

Джардир кивнул:

— И как бы ты решил эту проблему?

Асом пожал плечами:

— Убил и заменил вероломных Дамаджи, пока они не осмелели.

— Это само по себе посеет рознь, — заметил Джардир и перевел взгляд на Аббана.

— Держать армию в городе слишком накладно, — сказал Аббан. — Ее надо рассеять по весям.

Сыновья Джардира недоверчиво уставились на толстого купца.

— Распустить нашу армию? Вот так глупость! — воскликнул Джайан. — Отец, этот хаффит — трус и дурак! Молю, позволь мне его убить!

— Глупый мальчишка! По-твоему, я не знаю того, что говорит хаффит?

Джайан потрясенно уставился на него.

— Когда-нибудь, дети мои, — Джардир перевел взгляд с Джайана на Асома и обратно, — я умру. Если вы хотите пережить меня, не пренебрегайте мудрыми советами, кто бы их ни изрекал.

Джайан повернулся к Аббану и поклонился. Вернее, едва заметно кивнул, пронзив толстого купца взглядом за свой позор.

— Пожалуйста, хаффит, поделись со мной мудростью.

Аббан поклонился в ответ, хотя мог бы согнуться и ниже, даже несмотря на костыль.

— Зерно пропало, и главный город не может прокормить всех красийцев, мой принц. Но вокруг сотни деревушек, словно спицы у колеса. Мы заставим герцога землепашцев составить списки и поделим веси между племенами.

— Такую обширную территорию нелегко удержать, — заметил Асом.

Аббан пожал плечами:

— Кто посмеет на нее покуситься? Нам никто не угрожает, и мой принц прав, чины — идеальные рабы. Лучше распустить армии Шар’Дама Ка до поры до времени, чтобы не кормить их. Пусть каждое племя добывает продовольствие на своем клочке земли, собирает с него дань и охотится по ночам на алагай. Они могут построить шараджи для юных землепашцев на своих территориях, а женщины и старики засеют весной поля. Через год племена разбогатеют, как никогда, и у них будут тысячи най’шарумов-землепашцев. Дай племенам изобилие вместо лишений, и когда новички войдут в возраст, Шар’Дама Ка возглавит армию, каких еще не знал мир, — огромную, фанатично преданную, и самое замечательное — ее не надо будет кормить.

Джардир взглянул на сыновей:

— Теперь вы видите прок в хаффите?

— Да, отец. — И мальчики дружно поклонились.

Дамаджи Ашан вполз на четвереньках в тронный зал и коснулся лбом пола. Его белые одежды были забрызганы кровью, глаза под черным тюрбаном смотрели угрюмо.

— Встань, друг мой, — произнес Джардир.

Ашан всегда был самым верным его советником, даже до возвышения. Теперь он говорил от лица всех Каджи, самого могущественного племени Красии, и назначил своим наследником старшего сына, Асукаджи — племянника Джардира, сына его сестры Аймисандры. Он был самым могущественным человеком на свете после Джардира.

— Шар’дама ка, у меня важная новость, — сообщил Ашан.

Джардир кивнул:

— Я ценю твои советы, друг мой. Говори.

Ашан покачал головой:

— Лучше тебе услышать это своими ушами, Избавитель.