— Попробуй еще раз, — сказал Меченый. — Держи руки и ноги ближе к телу, сохраняй равновесие. Не открывайся перед ней.
Он повернулся к Уонде.
— А тебе не стоит быть такой самоуверенной. Даже самый слабый даль’шарум тренировался всю жизнь, а ты — лишь несколько месяцев. Только в битве ты узнаешь, чего стоишь.
Уонда кивнула, больше не улыбаясь. Они с Гаредом поклонились и снова принялись кружить.
— Быстро учатся, — заметила Лиша, когда Меченый подошел к ней и Рожеру. Она никогда не тренировалась с другими жителями Лощины, но каждый день внимательно наблюдала за тренировками. Ее живой ум примечал каждое движение шарукина.
Уонда снова повалила Гареда на спину. Лиша печально покачала головой:
— Поистине прекрасное искусство. Как жаль, что его единственная цель — калечить и убивать.
— Оно подобно своим изобретателям, — отозвался Меченый. — Прекрасное и смертоносное.
— Ты уверен, что они придут?
— Абсолютно, как бы мне ни хотелось иного.
— Интересно, как поступит герцог Райнбек?
Меченый пожал плечами:
— Я встречал его пару раз, когда был вестником, но не знаю, что он за человек.
— Нечего там знать, — вмешался Рожер. — Райнбек только и умеет, что считать деньги, пить вино и жениться на молодках в надежде завести наследника.
— Он бесплоден? — удивилась Лиша.
— Смотри не назови его бесплодным на людях, — предостерег Рожер. — Он вешал травниц и за меньшие оскорбления. Он винит своих жен.
— Обычное дело, — заметила Лиша. — Можно подумать, бесплодный уже не мужчина.
— А разве нет? — удивился Рожер.
— Не говори глупостей, — отрезала Лиша, но даже Меченый с сомнением посмотрел на нее. — Как бы то ни было, Бруна много знала о деторождении и хорошо меня выучила. Возможно, я смогу его исцелить и завоевать его расположение.
— Расположение? — фыркнул Рожер. — Да он сделает тебя герцогиней и тебе придется самой рожать ему детей!
— Это не имеет значения, — сказал Меченый. — Даже если твои травы способны пробудить его семя, пройдут месяцы, прежде чем это станет заметно. Нам нужны более веские доводы.
— Более веские, чем армия пустынных воинов на пороге? — спросил Рожер.
— Райнбеку нужно собрать войска намного раньше, чем до этого дойдет. Иначе Джардира не остановить, — ответил Меченый. — А герцоги не склонны идти на риск без веских оснований.
— Не забывай о братьях Райнбека, — сказал Рожер. — Принц Микаэль займет трон, если Райнбек умрет, не оставив наследника; принц Петер — пастырь рачителей Создателя. Тамос, младший, стоит во главе охраны Райнбека, «деревянных солдат».
— Они прислушаются к доводам разума? — спросила Лиша.
— Вряд ли, — ответил Рожер. — Наша цель — лорд Джансон, первый министр. Без Джансона принцы даже собственные сапоги не найдут. Джансон записывает в свои книги все, что происходит в Энджирсе, и правящий дом переложил на него все дела.
— Значит, если нас не поддержит Джансон, не поддержит и герцог, — подытожил Меченый.
Рожер кивнул.
— Джансон — трус, — предупредил он. — Уговорить его воевать… — Он пожал плечами. — Это будет непросто. Возможно, придется прибегнуть к другим методам.
Меченый и Лиша недоуменно посмотрели на него.
— Ты не кто-нибудь, а Меченый, — напомнил Рожер. — Половина людей на юг от Милна уже считают тебя Избавителем. Надо только побеседовать с рачителями да распустить слухи в доме гильдии жонглеров, и вторая половина тоже поверит.
— Нет, — отрезал Меченый. — Я не стану притворяться даже ради благой цели.
— А если это не притворство? — спросила Лиша.
Меченый удивленно повернулся к ней:
— Только не ты! Мало мне охочих до баек жонглеров и слепых от веры рачителей! Ты же травница! Ты лечишь пациентов лекарствами, а не молитвами!
— А еще я искусно владею метками, — напомнила Лиша, — и это ты превратил меня в ведьму. Да, я больше верю ученым книгам, чем Канону рачителей, но наука не может объяснить, почему каракули на земле преграждают путь демонам или причиняют им вред. Это дар мироздания, а не науки. Возможно, Избавитель тоже существует.
— Я не посланник Небес. Я творил такое… Небеса меня не потерпят.
— Многие считают, что Избавители прошлого — такие же обычные люди, как ты, — возразила Лиша. — Полководцы, которые появлялись в час нужды. Неужели ты повернешься к людям спиной только потому, что тебе не нравится слово?
— Дело не в слове. Если люди вообразят, что я решу все их проблемы, они никогда не научатся решать их самостоятельно.
Он повернулся к Рожеру.
— Все готово?
Рожер кивнул:
— Лошади навьючены и оседланы. Тронемся в путь, когда скажешь.
Снег растаял с месяц назад, и на деревьях вдоль дороги вестников в Энджирс зеленела молодая листва. Рожер крепко цеплялся за Лишу. Он толком не умел ездить верхом и не особо доверял лошадям, тем более не впряженным в телегу. К счастью, он был достаточно хрупок, чтобы ехать у Лиши за спиной, не слишком напрягая животное. Лиша быстро освоила верховую езду, как и все, что вызывало ее интерес, и правила уверенно и спокойно.