Читаем Из восьми книг полностью

Из восьми книг

В ночь смещается равнина,Все – от окон, вновь за карты...Как душа твоя ревнивоЛовит каждый луч заката,Как боится не напитьсяВлаги зрительно-воздушной,Как секунд мелькают спицы,Как сухим цветам не спитсяВсю метель в суме пастушьей...

1977

НОВОСПАССКИЙ МОНАСТЫРЬ

О самый овраг спотыкались дома —Причудливые сосуды печали,Зарей закупоренные дотемна,И гордые тучи ландшафт венчали.И он – почерневший за зиму сосуд,Наполненный винной виной предчувствий,Воочию видел: его несутРаспить – и разбить в одичалом хрустеКустов придорожных и слов сухих,Какими обменивается прохожийСо встречным случайным.Он чувствовал кожейДревесно-шершавую сухость их.Темнело, и тучи слетались на пир,А он на лукавый проулок с опаскойКосился. Тогда Монастырь НовоспасскийПроулок и позднее небо скрепил....Есть странное место пред Монастырем —Поляна с деревьями грозно-густыми,Завалена углем и всяким старьем, —Поляна людей, забывающих имя.Здесь утром пируют под каждым кустом,А к вечеру многие спать остаются,И галки на выцветшем зданье святомСквозь дождь еле слышный над ними смеются.Задушенный проводом, спит Монастырь,И в памяти слов распадаются звенья,И тенью выходит звонарь на пустырь —На полный до края обид и забвенья......И он тут сидел, забываясь, лечась,И пил эту смесь униженья и боли,И было страданье его – только частьОгромной, как небо, всеобщей недоли.И вдруг он увидел старушек – ониОдна у другой отнимали бутылки,Валявшиеся, куда ни взгляни,Ругаясь до самозабвения пылко.И все же прервать не могли тишины:Крутой колокольни колонки и дверцы —Как тайна безропотно-нищей страны,До дня отомщенья хранимая в сердце....И день воссиял. Он поднялся – и шел,Проулком, землею и небом довольный.Был издали виден ему хорошоСверкавший на башне рассвет колокольный.

1977

ГОЛОС ИАКОВА

И ты во сне бежал – и двинуться не мог,Как загнанный олень, запутавшийся в чаще.Кровавый пот секунд, сочившийся на мох,Был поднесен тебе в твоей горчайшей чаше.Пригубил ты – и лег.И в этот самый мигЗвучащие тела мелькнули меж стволами —И все заполнил свет.И он вмещался в них,Но был превыше их, как лик в картинной раме.И ты забыл про смерть.Под греблю грубых рук,Сияя, голос плыл.Ты вспомнил, как РевеккаС корицей пряною смешала горький лук, Уча Иакова.Тебе открылись вдругБезумье, нищета и слава человека.

Читаем Из восьми книг полностью

Из восьми книг

Похожие книги

Все жанры