Читаем Ивы зимой полностью

Посмотрел Рэт и на большой деревянный стол, на котором были разложены кое-какие умные книги из библиотеки Барсука. Сама мысль о том, что этот научный беспорядок пришлось бы нарушить ради какого-то чаепития, столь нетипичного для этого дома, должна была показаться кощунственной.

Однако Рэт не мог забыть и о том, как весел и доволен был обычно необщительный Барсук на пирушке по поводу счастливого возвращения Крота. Даже вытащенный из своей норы посреди зимы, даже несмотря на все пережитые в процессе поисков неприятности, Барсук вполне оценил приятную компанию и дружеское застолье по поводу радостного события.

Быть может, просто не стоило целиком возлагать на Барсука ответственность и хлопоты по организации такого мероприятия. Ему требовался опытный и авторитетный союзник — зверь, обладающий большей значительностью, чем юный Племянник Крота, который хоть и начал действовать в нужном направлении, упомянув печенье в качестве отправной точки для составления меню, тем не менее не мог и надеяться преодолеть инерцию подозрительно-недоброжелательного отношения Барсука к массовым гулянкам в его доме.

Но главное заключалось в другом: обещание было дано и выполнять его следовало неукоснительно. Рэт нутром чувствовал, что если в самое ближайшее время дело не сдвинется с мертвой точки, если не будет хотя бы назначена дата и не разослано хоть несколько приглашений, то волнения среди ласок и горностаев окажутся неизбежными. А что такое ссоры, скандалы, стычки и даже военные действия в Дремучем Лесу и по Берегам Реки — это Рэт слишком хорошо помнил.

Было очевидно, что Барсуку в этом деле потребуется некоторая тактичная помощь. Очевидно было и другое: как заметил Рэт, Барсук был чем-то серьезно обеспокоен. Это беспокойство и объясняло его некоторую излишнюю раздражительность и рассеянность. Вполне возможно, что…

Порой бывает так, что случайно высказанная мысль, наобум сделанное предложение приводят к весьма полезным и положительным последствиям без каких-то особых усилий с чьей-либо стороны. Именно так и получилось на этот раз.

— Я вот что думаю, — предложил Рэт. — А не одолжить ли нам кое-какую посуду в Тоуд-Холле? Только на время. Ненадолго. Тоуд вряд ли хватится своих тарелок, да если он и прознает об этом, когда вернется, даже у него не хватит наглости жаловаться.

— Нет, — буркнул себе под нос Барсук.

Отрицание было выражено достаточно тихо, чтобы Рэт, не обратив на него внимания, мог продолжать развивать свою мысль:

— Всякие чашки-тарелки да и ножи с вилками мы могли бы одолжить в Тоуд-Холле. Что касается продуктов — я думаю, многие с удовольствием помогут, чем смогут. Так что, Барсук, если мы чуть расширим рамки предстоящего чаепития и вместо пары-тройки особо отличившихся ласок и горностаев пригласим всю их компанию, то все окажется не так уж сложно, утомительно и накладно.

— Чашки, ложки, соусники и вазочки из Тоуд-Холла? — с отвращением пробормотал

Барсук, покачивая головой. — Нет, ничего, ни единой вещи Тоуда в моем доме не будет. Тоуд-Холл сейчас покинут и заброшен. Но даже если ему суждено рухнуть, я и пальцем не пошевелю, чтобы вытащить хоть что-нибудь из-под развалин. Не хватало еще, чтобы меня прозвали мародером.

— Какие развалины? Какое мародерство? Что ты несешь? — воскликнул Рэт, которого явно поставила в тупик такая постановка вопроса. Ему и в голову не могло прийти, что столь величественное сооружение, как Тоуд-Холл (кстати, единственное в своем роде на обоих берегах Реки), может быть брошено на произвол судьбы, запущено, разрушено и разграблено какими-то там мародерами.

— Мы же все потом вернем на место, — успокоил он Барсука. — А от тебя требуется только одно: сделать одолжение прогуляться в ближайший погожий денек до дома Выдры или до Кротового тупика. А остальное мы возьмем на себя. Правда, Племянник?

— Ну да, конечно.

— Тоуд-Холл! — снова пробурчал Барсук, садясь в кресло и мрачно глядя в огонь, пылающий в камине. — Ох уж этот мне Тоуд!

В первый раз за долгое время имя Тоуда прозвучало в устах Барсука не с гневом и раздражением, а скорее с какой-то тоскливой обреченностью. Так обычно говорят о надоедливом, неспокойном, но все же близком родственнике, неожиданно уехавшем куда-то далеко. Это тронуло Рэта и заставило его по-иному взглянуть на все недовольство Барсука Тоудом.

— Знаешь, Барсук, — осторожно начал Рэт, чувствуя себя так, словно идет по тонкому льду, — я ведь лично почти уверен в том, что рано или поздно наш Тоуд вер…

Я не хочу, не хочу, чтобы он возвращался! — заревел Барсук во весь голос и, вскочив с кресла, окатил Рэта полным ярости взглядом. — И вообще, я не желаю, чтобы это имя произносилось в моем присутствии. И разумеется, я знать не знаю и не хочу знать ничего о тоудовских блюдечках, ложечках и всей этой дребедени, которой он обставляет… или обставлял себя. Ни единой его розеточки, ни даже кольца для салфетки не будет в моем доме, который я объявляю «свободной от Toyда территорией».