– Я бы хотела, чтобы ты доверяла мне. Все эти недели планирования, подготовка. Карты, визы, билеты, междупланетные звонки агентам и фирмам. Я была так взволнована! Путешествие в другой мир! Но для тебя во всем этом всегда было что-то еще. Ты никогда не договаривала мне всей правды. Никогда не была честна до конца.

– О, моя дорогая Латуфу… – Но как я могла рассказать ей, что боялась того, каким мог стать Артур. Опасения эти подтверждались с каждой разрушенной жизнью, которая с ним соприкасалась. Что я найду? Что осталось от того дикого беззаботного мальчика, бегающего за старым псом Банти на летней лужайке Гранжгормана? Узнаю ли я его? Или еще хуже, станет ли он меня слушать? – Все не совсем так. Старый долг должен быть возвращен. Это семейное дело.

– Я живу в вашем доме, но не в вашей семье, – сказала принцесса Латуфу. Ее слова были горькой истиной. Они разрывали мне сердце. – В Тонга так не бывает. Но у вас другие пути. И я думала, что была для тебя больше, чем компаньонка.

– О, моя дорогая Латуфу. – Я взяла ее за руки. – Милая, милая Латуфу. Ты для меня гораздо больше, чем просто компаньонка. Ты моя жизнь. Но ты единственная из всех людей понимаешь мою семью. Мы в другом мире, но не так далеко от Ратангана. Я ищу Артура, и я не знаю, кого я найду, но обещаю, что расскажу тебе то, что он скажет мне.

Она положила свою руку на мою, и мы стояли так, облокотившись на перила, глядя на тонкие шпили Камаху, поднимающиеся из-за высокой травы Сталвы.

V vallumque foenum: Щучья трава Сталвы. Другое растение неземного происхождения, которая очень популярна в земных декоративных садах. На Земле это растение никогда не получает столько света, чтобы достичь той же высоты, что и на Венере. Тенты из Сталвы называют ее Еттен.

Картон, папиросная бумага, гофрированная бумага, краски. Эта бумажная поделка уникальна тем, что разворачивается на три части. Оригинал находится в библиотеке Честера Битти в Дублине, всегда в развернутом состоянии.

Рассказ наемника

Во имя хозяина звездного неба и вечно кружащейся духовной семьи, приветствую тебя в моем хундави. Можешь апсас говорить, можешь гаванда петь, можешь тоо рассказывать свои секреты! Я прекрасно понимаю, что вы пришли не для того, чтобы пить. Но это традиционное приветствие. Мы гордимся тем, что наше хундави самое традиционное в округе Иэкс.

Вас не раздражает музыка? Нет? Большинство землян считают ее угнетающей. Но боюсь, что это неотъемлемая часть традиции хундави.

Да, ваш брат. Как я могу забыть его? Я обязан ему жизнью.

Он боролся, как человек, который ненавидит борьбу. На вершинах гор, когда мы сокрушили мастерские и предали огню Фарфоровый город и все выше и ниже его по Долине Печей, были те, кто воспылал любовью и страстью к резне, а также те, лица кого были мрачны, словно души их были забиты сажей. Ваш брат был одним из них. Эмоции людей нам очень сложно прочитать – ваши лица как деревянные маски. Но я видел его лицо и понимал, что он ненавидит то, что совершает. И именно это сделало его лучшим из явростов. Я старый солдат и повидал многих, кто приходит к нам. Тех, кто любит насилие: если они не подчиняются дисциплине, мы гоним их прочь. Но когда наемник ненавидит то, что он делает за деньги, им должна двигать еще большая тьма. Существует то, что он ненавидит больше, чем насилие.

Вы уверены, что не против музыки? Наши мелодии и аккорды, по-видимому, создают неприятный электрический резонанс в человеческом мозгу. Словно небольшие судороги. Мы находим его успокаивающим. Словно ритмы, слышимые в утробе матери.

Ваш брат пришел к нам на заре 6817-го Большого Дня. Он умел ездить на граапе, ставить лагерь, кашеварить, умело обращался и с арбалетом, и с клинком. Мы никогда не задавали наемникам вопросы. Со временем они сами давали на все ответ, но слухи ползли, как тагун. Он был аристократом, был игроком, был вором и убийцей, соблазнителем и предателем. Ничто из этого не дисквалифицировало его. Наоборот, все это было как рекомендации.

В древности герцогиня Ю часто оспаривала право герцога Хеттетенского править вершинами гор и его прибыльными гончарными мастерскими. С незапамятных времен это было место для вольнодумцев и упрямых духом, здесь мало почета оказывалось богам и герцогам. Войны велись из поколения в поколение, в них очищались от грязи честь и судьба, и когда в конце концов дом Ю взял верх, народ, живший на плато, уже позабыл, что когда-то он имел королей и повелительниц, позабыл о долге верности. Это закон земли и звезд: народ должен быть контролируем, тих и послушен, и потому герцогиня Ю начала кампанию устрашения мирного населения. Ее дом был уничтожен в фарфоровых войнах, и герцогиня наняла наемников. Среди них и бывший мой отряд, явросты Геллета.

На плато о нас помнят до сих пор. Мы монстры из Великих Ночей, завсегдатаи детских кошмаров. Мы стали легендой. Явросты Геллета. Новые демоны.