- Зачем выносить сор из избы? Враги социализма так и ждут подобных судебных процессов, где вскроется не единичный случай одного нечистоплотного чиновника, а целая преступная группа в стенах исполкома народных депутатов. Почему из одного - двух тень подозрения должна падать на миллионы честных граждан? Но если есть преступник, есть состав преступления надо выносить приговор.

 Судья Андреева, сославшись на здоровье – она даже больничный взяла, отказалась начать процесс без основных свидетелей – людей непосредственно отвечающих за контроль над получением жилья. Они даже не попали в дело как свидетели, видимо, чтобы не выносить сор из избы. Меркулов тогда резким тоном спросил:

 - Лариса Сергеевна, что за самоуправство: буду – не буду начинать процесс?

 - Я действую в рамках социалистической законности, Роман Константинович, и считаю, что без дополнительного доследования и дополнительных свидетелей не смогу вынести объективное решение.

 - Хорошо, - ответил Меркулов и положил трубку.

 Дело было передано другому судье и через два дня рассмотрено. Взяточник получил четыре года, но затем по кассационной жалобе приговор пересмотрели. Срок оставили в силе, но с отсрочкой на два года. Таким образом, не дали ничего за преступление, которое в уголовном кодексе считается тяжким. Взяточник отделался легким испугом и остался работать руководителем, где-то в системе ЖКХ.

 Андреева набирала номер своего шефа два раза. Меркулов с кем-то разговаривал – номер был занят. На третий раз она дозвонилась:

 - Роман Константинович, я к Вам с просьбой: у меня в производстве два дела, еще дело Новикова убийство на доследовании. Я не смогу сразу вести три дела. Не могли бы Вы передать дело Порфенова другому судье?.. – Лариса Сергеевна не договорила – Меркулов резко перебил ее.

 - …Милочка моя, у нас у всех народных судей в производстве по несколько дел сразу. Что делать?! И условия у нас для всех одинаковые, - резко начал Меркулов, но, помолчав секунду, уже мягче добавил. – Хорошо, я посмотрю, может, что-нибудь придумаю. Но учтите, Лариса Сергеевна, только из-за того, что Вы молодой судья, и делаю я это в последний раз, - добавил Меркулов и положил трубку.

 Дело передали другому судье. Процесс прошел за три дня, хотя в деле было масса неясностей, даже время и место получения второй взятки не совпадало у некоторых свидетелей. По делу шло три эпизода получения взяток. Парфенов получил шесть лет, написал кассационную жалобу в Верховный суд, где срок снизили до трех лет с отбыванием наказания на стройках народного хозяйства или «химию», как говорили в народе. Парфенов отбывал наказание в областном райцентре, где работал зав гаражом при железнодорожной больнице.

Глава 19

 Защита дипломов закончилась. Вчерашние студенты отмечали, ждали распределения, искали работу. Жизнь шла своим чередом, кто-то поступил в аспирантуру, среди них и Вика Нестерова, хотя большими успехами в учебе она не отличалась, но как она сама сказала: «цели добиваются не самые талантливые, а самые настойчивые и трудолюбивые». Сразу после сдачи последнего экзамена Вика пришла к Виктору:

 - Котик, я сдала документы в аспирантуру. Как ты на это смотришь?

 - Положительно, конечно. А как же Сахалин? Мы почти все уладили, нас берут в экспедицию в октябре.

 - Поедем, любимый, обязательно поедем и на Сахалин, и еще во многие неизвестные места, но я думаю, знания не бывают лишними. А ты, котик, примешь предложение отца, он говорил тебе, что устроит на хорошую должность, на новую стройку.

 - Но, стройка это временно – когда-то она закончится, - попытался возразить Виктор.

 - Все в этом мире временно, Витюшка. Еще пару лет строительство будет. Как раз я закончу аспирантуру.

 - Викуль, ты говоришь, как будто ты уже зачислена. Я слышал в этом году, как никогда много желающих поступать в аспирантуру, - Виктор колебался, хотя умная Вика понимала: он согласен, он просто не сможет поступить вопреки ее решению.

 - Если не получится поступить – поедем на Сахалин. Если я поступаю учиться, ты пойдешь работать на стройку. Договорились? Кто-то должен кормить нашу семью, - ответить Виктор не успел, Вика бросилась ему на шею и закрыла его губы своими. – И не возражай мне, - прошептала она. – Вы хотите меня одну оставить? Вы не любите меня, Виктор Иванович, Вы совсем не любите свою маленькую кошечку.

 Голова у Виктора пошла кругом. От желания энергии этой хрупкой девчонки у него – здорового мужчины задрожали ноги.

 - Котик, я хочу тебя. Я люблю тебя. Бери меня, - шептала Вика…

 Вечером Виктор позвонил отцу:

 - Пап, - Виктор обычно называл его отец. Захаров - старший понял, что-то серьезное. Он будет о чем-то просить, что за всю жизнь Виктора было всего несколько раз, еще в детстве и юности. Никогда не о чем Захаров - младший старался отца не просить. Нет, не потому, что не уважал, таков характер Виктора – всего добиваться самому. – Пап, я вот, что хотел тебя спросить, - неуверенным голосом начал разговор Виктор.