Читаем Итоги № 8 (2012) полностью

— Есть масса лазеек. Например, четко не прописано, сколько раз от ребенка должны отказаться или в какой срок ребенок должен быть, что называется, не востребован российскими приемными семьями. Есть еще хитрый нюанс, который тем чаще встречается, чем прозрачнее мы делаем тему усыновления: российский приоритет по трактовке органов опеки и Министерства образования действует в отношении усыновления.

Но ведь у нас имеются и другие формы семейного устройства: это опека, попечительство, патронат, приемная семья. Все это дает возможность по-прежнему отдавать детей за границу. Более того, есть вопиющие факты: до последнего времени вывозили даже не по программе усыновления, а под любыми другими предлогами — на лечение, в гостевые семьи, на учебу, на отдых. И дети не возвращались. Есть несколько конкретных примеров, которыми мы занимаемся. Дети уехали пять лет назад и до сих пор без всякого статуса находятся за границей. Просто живут в американских семьях, называют папами и мамами людей, которые им никем не приходятся. Это вопиющее нарушение прав ребенка и по американским законам, и по российским, и по международным. Надо жестко говорить о приоритете любого семейного устройства ребенка в российскую семью.

— Принято считать, что иностранцы чаще усыновляют больных детей, которых россияне берут неохотно...

— Это миф, сложившийся в 90-е годы, который надо развенчать. Сегодня он усиленно поддерживается лоббистами иностранного усыновления, которые зарабатывают на этом деньги. Во-первых, за последние три года иностранцы взяли в два раза меньше детей-инвалидов, чем российские семьи. Во-вторых, в основном берут малышей до трех лет — то есть самого востребованного возраста. Причем у нас есть регионы, где стоит очередь из российских родителей, но отдают все-таки иностранцам — это Магаданская, Еврейская автономная, Ленинградская, Московская, Иркутская области, Санкт-Петербург. С этой ситуацией надо разбираться прокуратуре. Обо всех обнаруженных нарушениях мы сообщаем в следственные органы, однако пока я не знаю уголовных дел в отношении органов опеки в этой части. Есть разве что уголовное дело с историей Дениса Хохрякова, попавшего в руки наркодилеров, которые потом бросили его в Доминикане. Выяснилось, что специалист органов опеки сфальсифицировала документ о жилищных условиях. Они никогда не проживали в Волгоградской области, у них не было там жилья и они бы без этого не получили ребенка. Чиновница привлечена к уголовной ответственности.

Безусловно, нужно наводить порядок в органах опеки. Во-первых, Министерство образования за прошлый год получило 5 предписаний генерального прокурора, из них 3 касаются неудовлетворительной работы по иностранному усыновлению, потому что ведомство не может собрать информацию о детях, вывезенных за рубеж. Они вообще не знают, сколько вывезено детей. Нам приходится какими-то иными способами, через российские посольства, консульства, через правозащитников в иностранных государствах выяснять и фактически проводить расследование. По поручению президента создали центр мониторинга благополучия усыновленных детей, который изучает ситуацию как в России, так и за рубежом. Информацию сложно собирать.

Открываются ранее никому не известные факты и случаи. Следственный комитет вынужден возбуждать и расследовать дела в отношении американских родителей, допустивших насилие над нашими детьми. Хотя этим должны заниматься правоохранительные органы Америки. На днях в Госдепе США состоялось очередное заседание рабочей группы президентской комиссии «Медведев — Обама». Я обратился к сопредседателю группы Томасу Мелиа: «Вы понимаете, что заставляете нас расследовать дела в отношении ваших граждан? Почему вы не можете до сих пор на федеральном уровне обобщить эту информацию и нам представить?» Эта работа ведется в рамках международного права, поэтому российско-американское соглашение, которое мы подписали, должно быть ратифицировано. Лучше иметь соглашение как инструмент в международно-правовой работе по этой сложной теме, поскольку мы не можем сейчас изменить законодательство, отказаться от международных обязательств и полностью исключить иностранное усыновление. Можем лишь периодически ограничивать этот поток через судебные органы и органы опеки. И он реально ограничен. В 2011 году по американским усыновителям принято около 800 решений. Для сравнения: в начале 90-х американцы вывозили до 15 тысяч детей ежегодно. Сегодня в Америке находится около 100 тысяч наших детей.

— Сколько сирот насчитывается в нашей стране?